– Отлично! – старшая поднялась, молча разглядывая свою мать и Сергея. – Ну, вы, ребята, даёте! Это что же получается… – она кивнула на Андрея. – Сколько ему?
– Влада? – пыталась остановить её Света. – Ты не должен перед ней отчитываться!
– Она уже взрослая, милая. Она должна знать. Всего несколько дней.
– Значит, сентябрь, август, июль, июнь… – старшая по пальцам принялась отсчитывать назад. – Середина декабря?
– Да, середина, – Сергей опустил голову, виновато вздыхая.
– Когда ты успел? – Влада изогнулась так, чтобы поймать его взгляд. – Ты же всегда с нами был?
– Для этого достаточно и пары минут, – он откинулся на спину, промаргиваясь от слёз.
– Сергей! Не при детях же?
– Да, прости.
– Мы с мамой приезжали к папе в декабре, – прозвучал тоненький голосок младшей. – Мы ели в кафе разные тортики. Помню, как папа ушёл в туалет, а потом к нему зашла мама.
– Зашибись! – прервала её старшая, вытаращившись на мать. – Ты знала?
– Не твоё дело! – холодно отрезала Света.
– Нет, я серьёзно! – от волнения старшая вскочила с дивана. – Ты всё это время знала?
– Нет, – Сергей покраснел от стыда. – Она узнала только вчера.
– За-ши-бись! – Влада остановилась, переводя настороженный взгляд с одного на другого. – И что теперь? Развод?
– Нет, – мгновенно ответил он, словно боялся этого слова.
– Слава Богу! – старшая упала на диван, закинув на Сергея ноги. – А то я уж чуть в штаны не наложила!
– Тебя беспокоит только это? – улыбнулся он, щекоча ей пятку.
– Дурак! – она больно лягнула его. – Ой, прости, Серж, случайно вырвалось, – и протянула ему мизинец. – Мир?
– Я не обижаюсь, – Сергей схватил всей кистью её крючок. – На блондинок!
– Что ты сказал? – Влада бросилась на него с кулаками. – Что ты имеешь против блондинок?
– Абсолютно ничего, – смеясь и защищаясь от побоев, крикнул Сергей. – Я люблю блондинок!
– Ты считаешь блондинок тупыми куклами, да? Отвечай!
– Ты говоришь!
– Ах, так? Присоединяйся, Влада, ты ведь тоже блондинка? И – мама! Давайте проучим его, чтобы знал, как над нами смеяться! Держите его! Держите крепче!
– Коварная, – верещал Сергей, уворачиваясь от щекотки. – А-а-а… Я припомню вам это…
Диван опрокинулся, и все четверо рухнули на пол.
– Хочешь, я тебе свою комнату покажу? – старшая схватила за руку младшую и потащила к себе.
– Влада, тебе пора спать! – вяло скомандовала Света, лёжа на груди мужа.
Девочки обернулись, держась за руки.
– Да, тяжёлый случай! – смеялся Сергей. – Как же вас теперь звать-величать? – он ткнул пальцем в направлении младшей. – Ладно, ты будешь – Шалтай, – потом указал на старшую. – А ты – Болтай!
– Сам ты – Болтай!
– Сам ты – Шалтай!
– А я кто? – Света с детским любопытством смотрела на него.
– Гусеница! – сказала старшая.
– Королева! – сказала младшая.
– Ты – Алиса! – Сергей поправил прядь волос, упавшей ей на лицо.
– Я хочу быть Алисой! – запротестовала старшая.
– И я! – повторила следом за ней младшая.
– А ты? – Света провела ладонью по его бороде. – Кто ты?
– Чеширский кот! – бросила старшая, оскорблённо уходя в свою комнату.
– Безумный шляпник! – выпалила младшая, скрываясь за ней.
– Скорее – Белый Кролик! – Света схватила его за уши и горячо поцеловала.
– А Андрей? – спросил Сергей.
– Соня! – ответили все в один голос.
Из спальни донёсся детский плач.
– Ну вот, разбудили Соню! – Света поднялась, смеясь. – Шалтай-Болтай, идите к себе!
– Я не хочу быть Болтаем! – гордо заявила старшая, стоя в дверях.
– А я – Шалтаем! – сердито топнула ножкой младшая.
– Есть одна древняя еврейская мудрость, – Сергей вернул диван в прежнее положение. – В любой непонятной ситуации ложись спать, – и, подойдя к девочкам, обнял их, целуя. – Утро вечера мудренее.
В воскресенье с утра пораньше Влада уже валялась на диване в гостиной, увлечённо читая книгу из Жанниной библиотеки. Сергей ещё не успел подготовить для своей дочери отдельной комнаты, и потому старшей приходилось делить с младшей свои покои.
– Ты чего встала так рано? Сегодня же выходной? – сонно спросила Света, проходя из спальни в уборную.
– Доброе утро, – Влада внимательно проследила за ней. – Я уже выспалась.
– Привет трудовому народу! – следом в гостиную бодро вошёл Сергей. – Что читаешь?
– Серж, – прошептала она. – У мамы что, фингал под глазом?
– Чего? – переспросил он, насыпая в турку кофе. – Тебе показалось.
