– А разве нет? – лицо Влады пылало от гнева, по щекам текли слёзы бессилия и обиды.
– Нет, – её слёзы мгновенно отрезвили Сергея. – Но, предположим, ты нашла поставщика, где-нибудь на чёрном рынке, – он осторожно привлёк к себе Владу. – Да и вообще – неважно, в мусорке нашла. Дуло у тебя в кармане, – и ласково вытер лицо. – Конечно, ещё большой вопрос, что висит за ним, какая мокруха.
– Что за мокруха? – ноги её сотрясала мелкая дрожь.
– Убийство, – он крепко прижал к себе девочку. – И что дальше? Что ты с ним собираешься делать?
– Ничего. Просто убью.
– Хорошо. И где?
– Где угодно, – всхлипнула она, затихая.
– Где угодно нельзя, – Сергей поцеловал её в макушку. – Нужно в тихом укромном месте, где тебя никто не увидит, не услышит. Ты когда-нибудь стреляла из пистолета?
– Нет, а что? – Влада подняла на него вопросительный взгляд. – Это же просто – наводишь дуло и жмёшь на курок.
– Допустим, что просто, – согласился он. – И рука у тебя не задрожит, не дрогнет в нужный момент. А ты знаешь, куда стрелять?
– Два в грудь, один в голову, – серьёзно ответила она.
– Лихо! – усмехнулся он. – А как ты определишь, что убила?
– Что ты меня паришь? – Влада ударила его по груди. – Я не знаю! Проверю пульс.
– А ты знаешь, как проверять пульс хотя бы у здорового человека? – он перехватил её руку, прикладывая к своей шее. – Не торопись, ищи подушечками, чувствуешь?
– Кажется, да, – Влада нахмурилась, вслушиваясь в пальцы.
– Это у здорового человека, а у раненого так вообще…
– Тогда – «контрольный» в голову! – она ткнула пальцем Сергею в центр лба. – Сюда.
– Ну если сюда, то уж точно наверняка, – засмеялся он. – А дальше?
– В смысле?
– Что будешь делать?
– Ничего, просто уйду. Сотру все отпечатки пальцев и уйду.
– И после этого будешь спокойно жить, с чистой душой, с чувством выполненного долга?
– Да! – твёрдо сказала она.
– А как же христианское всепрощение? – искушал Сергей. – Ударили по левой щеке, подставь правую?
– Вот ещё! – Влада грубо оттолкнула его. – Зло должно быть наказано!
– Надо всё взвесить, обдумать, – он стремительно встал с дивана.
– Ты боишься его? – презрительно бросила она.
– Я боюсь за вас, – Сергей вытащил из шкафа спрятанную там пачку сигарет. – Есть же какой-то другой способ, чтобы остановить его?
– Давай отравим его! – Влада подскочила к нему, без спроса взяв сигарету.
– Почему тебе всё время хочется убить его? – он закурил, включив вытяжку. – Он же твой отец!
– После такого он мне больше не отец, – она выхватила зажигалку и в наглую перед ним закурила. – Да он и никогда им не был! Отец не тот, кто сделал ребёнка, а кто его вырастил.
– Знаешь, как звучит закон бумеранга? – глухо спросил Сергей, жадно затягиваясь.
– Всё возвращается?
– Именно! Поэтому наши поступки должны быть взвешенны и обдуманны. Нельзя творить зло безнаказанно, даже под видом благородной мести. Всё зло, сделанное нами, неизбежно к нам возвращается. Могут пройди годы, прежде чем такая же или похожая, или совсем другая ситуация с точностью наоборот разыграется перед нами…
– Значит, ты так и будешь позволять ему измываться над нами? – Влада ожгла его льдинками своих глаз. – Будешь позволять ему насиловать мою маму, свою жену, пока какой-то сраный бумеранг не накажет его?
– Я не собираюсь смиренно ждать милости с небес, – Сергей остервенело всасывал в себя едкий дым быстро таящей сигареты. – Но я пока не знаю…
– Я знаю! – сталью прозвенел за их спинами голос Светы.
Сергей и Влада вздрогнули, испуганно оглядываясь назад.
Через месяц она вошла к себе на старую квартиру. Сердце рвалось из груди сбежать куда подальше, но ноги уверенно вели к назначенной цели, подчиняясь холодному уму.
