Испытал я эту комбинацию на какой-то Химере, когда бегал к побережью после сигнала тревоги, пересланного Древу от живущих там стражей. Разлетелась тварь ошмётками на километры… Магическую защиту и покров копьё прошило словно мыльный пузырь. Красивый, но бесполезный. Если эфиру было нужно время, чтобы прожечь, продавить и уничтожить подобную защиту, то в связке с духовной силой он просто игнорировал барьер с покровом и напрямую бил по телу твари. И такой удар, надо заметить, не сильно замедлялся кожным покровом или панцирем. Ведь он шёл по самой душе. А эфир… он тянулся за духовной силой. Впивался в тело, словно крестьянские вилы в сено, находил любые трещины, любые раны и отверстия: глаза, нос, рот, уши и всё остальное. Он был подобен потоку, какую бы стихию я ни выбирал.
В тот раз я в качестве эксперимента направил в копьё силу молнии, порождённую источником, а не силой воителя. Маленькая молния, объединившись с духовной силой, превратилась в реку молний. Словно состоящая из живых змей, она вгрызлась в Химеру и уничтожила её изнутри. Взрыв был такой, словно я внутрь твари тонну тротила запихнул.
Наблюдал я за экспериментом через духовное зрение и увидел, как моя духовная сила достигла маленькой невзрачной звёздочки и подавила её, потушила, отчего Химера оцепенела. Когда же я встряхнул головой и взглянул на мир глазами мага, пришлось резко прикрываться щитом. Я увидел, как эфир, подобно безумствующим солдатам, участвующим в резне посреди вражеского лагеря, добрался до источника твари и захватил его, сделав своим. Ну а дальше произошёл взрыв, потому как эфира было слишком много и он был слишком «тяжёлым» для этого мутанта. Источник увеличился в размере под влиянием эфира так стремительно… Как воздушный шарик. Вот он и лопнул, стоило его перекачать.
Честно говоря, так я и не понял, что больше повлияло на взрыв: духовная энергия или же сам эфир. Ну, как бы там ни было, эта комбинированная техника работает отлично. Теперь могу превращать тварей в бесполезные куски плоти, разбросанные на гектары вокруг, всего одним небрежным прикосновением копья. Очень буду надеяться, что этой техники хватит и для моих врагов. Амазонки, сражаясь таким образом, уже раз победили. И это у них ещё эфира не было.
Нас провожали с улыбкой и ожиданиями нашего возвращения. Оно и понятно: мы пообещали, что следующая делегация будет побольше в следующий раз, а значит, местные охотницы смогут получше развить генофонд. Больше всего памятных подарков получил и тёплых слов услышал Буревой. Десятки амазонок чуть ли не навзрыд плакали, прося вернуться его как можно скорее. Свой дипломатический долг он отдал сполна, в отличие от Багратиона. Этому только сувениры и вручили. Романов же почти весь последний день провёл со своей Мадейей, которая добилась своего, как и Королева. Теперь их обеих ждали суровые испытания первого материнства.
Мы с моей Алеей — Королевой амазонок, которая неожиданно для всех отзывалась на это имя, но только если я её звал, — тоже провели последний день вместе. Много общались, узнавая друг друга, говорили друг другу важные слова для каждого из нас и понятные только нам двоим по нашей «прошлой» жизни. Ни мне, ни ей не требовалось много времени, чтобы принять в свою жизнь нового человека, пусть мы и не будем часто видеться. Если уж говорить совсем откровенно, возможно, мы и не увидимся больше… Но ничего. Мы друг друга не первый день знаем. Я умирал ради неё. Она жила ради меня. Мы прошли то испытание, справимся и с предстоящим.
Я влил в неё столько своего эфирного благословения, управляя духовной силой, сколько никогда и ни в кого не вливал. Этого хватит и на остаток беременности, и на роды и даже на год после. Всё это время моя энергия будет защищать Алею. И даже ребёнку нашему останется. И если судьба будет благосклонна, я буду приезжать сюда так часто, как только смогу. Вообще, хотелось бы прилетать. На собственном звездолёте. Очень хочется, чего уж скрывать.
