— А я помню. Запредельный уровень маны, стимулирующий развитие даже против твоей воли. Я создам место, очень похожее на ту область близ Древа. Этот месяц будет изматывающим, но уверен, в обычных условиях многие и за год не смогут добиться того же прогресса, что я обеспечу своим соратникам. Я очень много думал над этим и нашёл кое-какие ключики к быстрому усилению. Дорого будет, конечно… Потребуются артефакты и ресурсы, особые условия окружающей среды. Ещё и находиться комплекс будет в области рядом с зоной ведения боевых действий. Но всё же для них это какой-никакой, но шанс. Будет глупо его не использовать. По крайней мере хуже не станет. Под моим надзором любые риски будут минимизированы. Я уже всё продумал.
— Говоришь, настолько быстро разовьются… Много мест в твоём тренировочном лагере?
— А что?
— Я чувствую, что есть шанс прорваться. У меня. Да и у много кого ещё в нашей империи. Все остальные способы, что были доступны, я уже испробовал. Я бы проверил твою методику на себе, хотя и не до конца понимаю, в чём она заключается. Если хотя бы половина того, что ты говоришь, сбудется, я бы отправил ещё несколько дюжин достойных людей в этот твой тренировочный лагерь.
— Ну, на самом деле размер лагеря не прямо чтобы уж сильно был ограничен… Но есть нюанс: это будет закрытая область, вход в которую откроется единожды, а выход появится лишь перед маноизвержением.
— Плохо. Тогда я не смогу оценить эффективность.
— Ну, я могу сделать тестовый прогон даже вон тут, — махнул я рукой на пустырь. — Отражатели только достать надо…
— Долго строить и настраивать? — оживился Багратион.
— Пару часов.
— А основной лагерь ты когда делать будешь?
— В январе. Сразу после Нового года поеду сперва в Новосибирск, дальше в Дантар Сомн. Уже на месте буду принимать решение.
— До третьего января потерпишь, если что, с открытием?
— Да. Где-то так и планировал, но не позже.
— Хорошо. Раз так, секундочку…
Мой собеседник взял в руки телефон и позвонил Романову, и тот, несмотря на глубокую ночь, тут же ответит.
— Я согласен. Послезавтра вылетаю. Я всё начну, организую. Убедимся, что процесс запущен, и вернусь второго января. Буревого за старшего оставлю. И ещё ребят проверенных из отдела с собой возьму, они там всё организуют. Но вы должны будете мне помочь кое с чем. Пятьдесят отражателей надо. Сегодня утром. Нет, не пьяный. С того объекта заберём. Они там уже без надобности. Остаток? Остаток можно с Зеленограда привезти. Там тоже… Ну, вы в курсе. Расскажу по дороге, если согласны.
Багратион посмотрел на меня и негромко произнёс: — Да, он тут. Сейчас…
Мне в руки попал телефон, и Романов тут же сказал мне, чтобы я прекратил портить его заместителя своими сумасшедшими идеями, но и выразил благодарность за то, что я смог убедить Александра ехать в Амазонию. После он сразу отключился. Я даже ответить ничего не успел. И как Романов всё это связал вообще между собой и пришёл к таким выводам? Ну да ладно. «Спасибо» — это тебе не «умри в мучениях, тварь», как мне, бывало, кричали всякие нехорошие люди, когда я приходил к ним взыскать должок перед моим родом.
— Я поехал за отражателями. Надеюсь, ты не ошибаешься.
— А жена? А родители?
— А что они?
— Я так понял, никто до сих пор не в курсе, что ты пробудил Искру. Я думал, ты всех собрал тут, чтобы порадовать своих близких.
— Максим, я разведчик. Если у меня появляется козырь, об этом не должен знать вообще никто. Я даже просил амазонок, чтобы они удалили у Романова и Буревого эту информацию. Как и у тебя… Но на тебя, вижу, это не сработало. Попрошу никому не распространяться об этом, ладно?
— А, ну, если это тайна, то не вопрос. Никто не узнает, — пообещал я и вышел вместе с ним в общий зал.
— Зай, привет, — к разведчику тут же подошла его супруга и схватила под локоток. — Что ты тут всё шепчешься? Работать не надоело? Нет бы со мной время провести…
— Прости, мне надо по работе отъехать.
— ОПЯТЬ⁈ — стукнула она ножкой по полу, чудом не сломав каблук.
— Дело государственной важности!
— Ух, Багратион… Если я узнаю, что у этой важности есть женская грудь, я её в псарне закрою и Пятнышко туда пущу поиграть! — тут же начала ревновать жена этого бедолагу, который в Амазонии действительно был в наибольшей зоне риска, как оказывается.
— Пятнышко? — не сразу сообразил, что речь о моей собаке.
— Да. Анастасия днём выспалась и сейчас не может уснуть, поэтому она с бабушкой и дедушкой играют с твоим псом. Надеюсь, ты не против? Юля сказала, что он очень умный и добрый пёс. Никогда никого не обидит.
— Юля? — переспросил Багратион, чем допустил фатальную ошибку.
— Что, уже забыл ту сногсшибательную красотку, от декольте которой ты взгляд отвести не мог?
— Родная, ну ты чего?.. Я же просто задумался о…
— Боже, Багратион! Избавь меня от подробностей той грязи, о которой ты думал в тот момент, и не корми меня ложью. Езжай уже на свою работу.
Уф, а она суровая!.. Впрочем, чего ещё ожидать от внучки императора на пенсии.
