В общем, мне пришлось напрячься самому, напрячь деда, местного правителя и Москву, чтобы сократить этот бюрократический крюк и прямо отсюда отправиться в сторону Москвы. Только возникла проблемка, у французов не было сейчас самолётов, которые они могли бы нам предоставить. А спецрейсы организовывались лишь из столичного аэропорта. Тогда мой взгляд упал на нашу «добычу», которую требовалось лишь дозаправить.
Маркиз Пинасер де Фуа не слишком был рад тому, что приземлившаяся в его руки птичка буйных соседей вновь отчалит из его родного гнезда, но нам удалось умаслить его, предложив некоторые подарки, взятые в качестве сувениров из лондонского Тауэра. Артефакты с тел поверженных членов Ордена предлагать не стали: там сперва от крови и грязи отмыть всё не помешает. В общем, Пинасер был очень рад получить в свои руки коллекцию картин, гобеленов, настенных чучел редких мутантов и прочих предметов культурного наследия. Думаю, по стоимости они многократно превысили стоимость нашего самолёта, так что жалеть ему определённо не о чем. И так, можно сказать, целое состояние на голову свалилось.
Дозаправились, проверили, как работает оборудование, пригласили на борт стюарда Фомченко и капитана корабля Гри, после чего стартовали в сторону Москвы. Маршрут был не самый прямой: летели через Данию, что сотрудничала со Скандинавией, по Балтийскому морю и дальше уже через нейтральные и союзные земли Польского Королевства и Белорусского Княжества добрались до Смоленска. Пролетели его и в сторону Москвы направились.
Повезло: быстро всё удалось провернуть. Хотя для меня за время этого быстрого полёта прошло несколько дней, и я стал ощущать последствия своей взвинченности. Моментами я словно зависал, отключался, словно бы впадал в неглубокий сон. Порой мне чудились магические всплески активности там, где их не было… В общем, я с трудом дотянул до посадки в аэродроме и отправился спать в лабиринт. Надеялся, что меня отпустит, когда проснусь, но всё оказалось не так-то просто…
Время действительно выровнялось, но лишь слегка. Всё было как в сильно замедленной съёмке. Не в сотню раз медленнее, что уже хорошо, а всего лишь раз в десять — пятнадцать, но мне и этого было более чем достаточно. Я не сильно расстроился из-за этой временной аномалии, ведь моё пушистое такси, пока я спал — а это заняло, как оказалось, практически сутки, — домчало меня до Дантар Сомна. Я оказался в самом сердце укреплённого рубежа обороны в самый разгар магического всплеска, что накрыл не только эти территории, но и весь остальной мир.
Я шёл мимо позиций, и перед моими глазами клубилась мана. Я вдыхал её, втягивал в себя и развеивал закрывающую бойцам обзор дымку, которая была очень плотная и тягучая, как и в моём тренировочном комплексе. Моё Море за эти сутки вобрало в себя огромное количество маны и превратило его в мою силу, возводя семимильными шагами острова. Такими темпами и новый ранг будет не за горами… Чем больше я развиваюсь, тем сильнее растут мои возможности и тем быстрее я могу поглощать ману. Это не совсем нормально, но, в отличие от большинства магов, я изначально имел в этом плане преимущество. Но… поможет ли это нам всем?
То, что я вижу перед своими глазами сейчас, стоя на стене города-крепости Дантар Сомна, выглядит… чудовищно… Я такие объёмы маны ощущал лишь во время появления разломов с изломами, да и то когда стоял прямо перед ними. Если сейчас весь мир станет подобен им, и монстры смогут вылезти где угодно… Я понимаю, почему Сеятели из Ордена в преддверии маноизвержения затаились и не высовывались. Незачем им светить своими лицами и подрывать свой авторитет перед тем, как они примчатся, словно рыцари на белых конях, чтобы спасти несчастное человечество…
— А вот и первые ласточки… — заметил я надвигающуюся с горизонта тьму крылатых мутантов, несущихся в нашу сторону. — Просты… Но их миллионы…
«Дзынь».
