— Хотелось бы… Слушай, насчёт моей дочери…
— Да?
— Ты всерьёз планируешь с ней обручиться?
— Конечно. А почему нет?
— Ну… Ты молодой и уже невероятно могущественный. Возможно, для кого-то княжна — огромный и неподъёмный статус, но в твоём случае ты мог бы рассчитывать на дочерей, как это говорится, царских кровей…
Я лишь улыбнулся в ответ на его слова.
— Это может показаться хвастовством… Но, знаете, я уже настолько силён, что для меня больше нет разницы между одарёнными, простолюдинками или дочерями императоров. Мне в целом не сильно интересно, что будут говорить в ответ на мой выбор посторонние. Так что будьте уверены. Для меня статус вашей дочери не имеет большого значения. Хотя о таком не принято говорить вслух… Очень вкусные котлетки! Можно с собой взять? — быстро перевёл я разговор с щепетильной темы на более нейтральную.
— Да, конечно! Сейчас же распоряжусь, — улыбнулся он и начал хлопотать о моих сборах.
Как итог, вместо пары котлет мне выдали едва ли не продовольственный обоз. Ну, хотя бы голодать во время путешествий не придётся.
Оказавшись в столице и встретившись с отцом второй красавицы, чьё существование захватило частичку моего сердца, я стал обладателем ещё одной огромной партии артефактов. По крайней мере по меркам соседнего Белорусского княжества она была невероятно большой. Сто тридцать пять штук — не шутка. И пока думал, как лучше их распределить, я встретился с членами совета и Гри и узнал новости о наших разработках.
Работа не стояла на месте, и за несколько месяцев войны аромобомба на основе вырабатываемой железами Грандхимер жидкости, отпугивающая мутантов и получившая название Пугач, оказалась далеко не самым эффективным средством. Готовились к испытанию новые образцы, которые уже успели протестировать на маленьких городских полигонах. Образец номер три захватил ум и вызвал восторг всех до единого учёных. Когда я познакомился с отчётом, я тоже широко раскрытыми глазами поинтересовался у Гри и присутствующих членов тайного совета, всё ли действительно так, как на бумаге.
— Да. Испытания подтвердили эффективность данного средства, — ответил руководящий разработкой биохимического оружия глава академии наук.
— Завтра у нас запланированы боевые испытания. Хочешь поучаствовать и понаблюдать? — следом за ним обратился ко мне Зубов.
— Конечно! — ответил я и остаток дня провёл с имперскими шишками, рассуждая о возможных тактиках ведения войны, если вдруг результаты предварительных испытаний подтвердятся.
Также я напряг свои извилины и почти десять часов кряду отмечал на картах примерные места размещения маносборников. Сделать это было не просто, всё же я использовал их чуть меньше тысячи, но, развивая своё тело, я развивал и мозг, а также память, что позволило точно указать на местонахождение восьмидесяти процентов артефактов. На расположение остальных указал лишь приблизительно. Всё же иногда я торопился в другие изломы и просто закапывал маносборник прямо в пещере ядра, не особо запоминая, где именно я это делаю.
Вечером мне удалось встретить Девиль, и несколько часов кряду я получал отчёт о том, каких успехов она достигла. Она рассказала, сколько членов Ордена выведены на чистую воду и какую информацию и планы она выяснила у бывших соратников. Меня интересовали в первую очередь оставшиеся «боги», но они как-то совсем уж забились в норы и не отсвечивали. Я даже ощутил, что мы перехватываем инициативу и обеспечиваем полный контроль над городами. По крайней мере в тех местах, где побывала Девиль, этих уродов должен быть самый минимум, что пришёл уже после её зачистки.
Уже двадцать шесть тысяч человек успела найти Девиль и подчинить своей воле за пару месяцев. Нахождение одного человека отправляло её по следу ещё десятка, словно по нитям паутины. И так, пока весь город не оказывался свободным от заразы. Дальше она уезжала в следующий город и делала то же самое. И так, пока не добралась до столицы.
Много этих тварей попалось. Но ещё больше до сих пор избегают обнаружения. Из всей этой толпы лишь пятая часть была магами и воителями, а остальные — простые люди, фанатики, действующие по приказу предавших всех нас аристократов либо отступников, что давным-давно находятся в бегах.
