Я обернулась в практически танцевальном па, держа топор кончиками пальцев, и смела набегающего на меня мафиозо, которому не успела придумать имя. Третий остановился на полушаге, пытаясь вместить в собственную голову новую картину мира, но сделать этого не успел, потому что если ты призываешь топор, то, черт побери, надо рубить, а не философствовать.
Когда Марио поднялся на ноги, все его товарищи были уже мертвы. Глаза у парня были совершенно безумные, но оно и понятно, вряд ли он ожидал, что вечер, начавшийся в «Хилтоне», закончится именно так.
Ну, то есть, убийство-то предполагалось при любом раскладе, а вот с персоналиями он не угадал.
Я с трудом сдержала естественный порыв размозжить ему голову.
— А я ведь предупреждала, — сказала я.
— Ты… ты… ты…
— Ну вот и кто из нас обезумел от страха? — спросила я.
— Что ты такое?
— Будем считать, что фурия из ада, — сказала я. — Слушай, Марио…
— Меня зовут Джованни, — сказал он.
— Да пофиг, — сказала я. — Назови мне имя, и я уйду. А вот это вот все разгребай, как посчитаешь нужным.
Над Башней Дуэйна, самым высоким строением в Городе, клубился густой синий дым. Он столбом уходил в небо, а его источник находился на крыше, и не имел никакого отношения ни к пожарам, ни к каким-нибудь иным техногенным катастрофам. Но несмотря на это, для определенной категории жителей Города это был тревожный сигнал.
А для кого-то это задымление служило символом надежды. Мне же было все равно.
Совет Полубогов, Героев и Светочей (сокращенно СПГС) наконец-то выбрал нового Мыша.
— Ты молодец, — сказал Кларк.
— Угу.
— Ты все сделала правильно.
Я снова промычала ему в ответ нечто невразумительное.
— У тебя был выбор, и ты выбрала наилучший вариант.
Проблема в том, что я не была в этом уверена, и причин для сомнений было даже больше одного. Во-первых, не факт, что это таки был лучший вариант из возможных. А во-вторых, у меня не было уверенности, что выбирала именно я.
— Они были плохими парнями, они этого заслуживали, еще неизвестно, что они могли бы натворить, если бы ты их не остановила, — продолжал Кларк.
Марио… Джованни знал мое имя, знал мое лицо, знал о моих связях с теневым правительством, и, что самое поганое, я сама ему обо всем этом рассказала.
— Если это послужит для тебя утешением, они все равно были не жильцы, — сказал Кларк. — Я бы сам их всех убил.
Не послужило.
— И ты бы на самом деле пошел против организованной преступности, Джон?
— Чего мне терять? — усмехнулся он.
Мы сидели на скамейке на набережной, идущей вдоль залива, и любовались просыпающимся Городом. Вдоль берега потянулись первые бегуны, а на газоне какая-то девушка выгуливала здоровенную собаку.
Позаимствованный мной «мерседес» с развороченной о нежелающие открываться ворота мордой был припаркован в паре кварталов отсюда, и им уже скоро заинтересуются патрульные. Впрочем, я тщательно стерла свои отпечатки со всех поверхностей, до которых дотрагивалась, и, если расследование не будет особенно тщательным, о моем участии в этом деле полиция не узнает.
— О чем ты думаешь, Боб?
— О том, что мне, возможно, не следовало поджигать дом, — сказала я.
— Это был отличный способ отвлечь их внимание, — сказал Кларк.
— Возможно, — сказала я. — Но думала я тогда совсем не об этом.
Тогда мной владела ярость и желание крушить, и на самом деле мне стоило довольно большого труда запихнуть себя в «мерседес» и убраться оттуда к чертовой матери вместо того, чтобы дожидаться дона Винченцо Барзини и его приспешников, которые приедут для того, чтобы со мной разобраться.
Что-то во мне хотело убить их всех. Ну, ты знаешь.
Ты-то знаешь.
— Но тебе удалось выяснить имя? — спросил Кларк.
— Ральф Уолдо, — сказала я. — Понятия не имею, кто он такой.
— Сейчас мы это выясним, — Кларк достал из кармана телефон и принялся отстукивать текст.
— Ты там что, гуглишь?
— Нет, запрашиваю информацию по своим каналам.
— Это хорошо, потому что я уже гуглила, и в этом Городе живет чертова уйма Ральфов Уолдо, и ни один из них не добавил Винченцо Барзини в друзья на «фейсбуке».
— У него на самом деле есть страница на «фейсбуке»?
— Он тоже идет в ногу со временем.
— И что он там о себе пишет?
— Плейбой, миллионер, филантроп, — сказала я. — Прекрасный семьянин.
— В сети все стараются выставить напоказ свою лучшую сторону, — согласился Кларк. — Я нашел Ральфа Уолдо.
— И кто он?
— Ты удивишься, — сказал Кларк.
— Спорим на доллар, что нет.
— Заметано, — сказал Кларк. — Ральф Уолдо — это личный таролог Барзини.
— Таролог?
— Да.
— Это кличка такая? Он — киллер, который оставляет на телах своих жертв гадальные карты? Или он убивает картами?
— Нет, он настоящий таролог, — сказал Кларк. — Делает расклады на удачу, всякое такое. В свободное время составляет гороскопы.
— Может быть, это только прикрытие, — заметила я.
— Нет, у него офис в Сити, — сказал Кларк. — И сайт с отзывами, которые выглядят, как отзывы настоящих людей. Мои источники говорят, что он настоящий таролог.
