Евгений выбирается из такси, когда стрелки на часах показывают почти семь вечера. Поднимается на лифте на девятый этаж и звонит во входную дверь. Через мгновение она распахивается, а на пороге стоит Костик в милом фартуке — а это уже само по себе весьма уникальное зрелище, нужно признаться — на котором изображен практически обнаженный мускулистый мужской торс. Костя Зайченко подпадает под определение «косая сажень в плечах» и если бы не обаятельная улыбка, весь его внешний брутал больше смахивал бы на самую обычную гопоту или вышибалу в каком-нибудь ночном заведении.
— Я смотрю, ты тут и без меня справляешься, — улыбается он другу, — или тебе просто расцветка нравится?
— Так, заходи давай. — Нетерпеливо. — Времени и так мало. Гошик будет в десять. А ты чего один? — Интересуется, когда Евгений снимает обувь и куртку в прихожей, расстегивая манжеты и закачивая рукава рубашки.
— Долгая история. Или наоборот… весьма короткая.
— Женёк… — Выражение лица тут же меняется, озаренное догадкой. — Вот я языкатая бестолочь. Так и знал. Это я виноват…
— Кость, — перебивает его Женя, — это ты его подкладывал под других? Не говори ерунды. И даже если бы ты случайно не проговорился, что видел его тогда, рано или поздно это все равно всплыло бы на поверхность.
— Может, еще помиритесь? Мы вон с Гошиком сколько раз уже…
— Не думаю, — отрицательно качает головой Женя, — я так не умею. Тем более у вас совершенно другая ситуация. Ну, где тут фронт работ? — Меняет он тему.
Костя сочувственно несколько секунд смотрит на друга, выражая этим взглядом всю крайнюю степень своего сожаления. Евгений благодарен, что тот не вдается в детальные расспросы и бесполезные слова успокоения. Они идут на небольшую кухню, где посреди обеденного стола вывалена гора продуктов.
— Ты весь супермаркет скупил? — Хмыкает Женя.
— Почти. Я просто не знал, что тебе будет нужно. Там еще рыба и мясо… в холодильнике.
— А не проще было бы просто пригласить его куда-нибудь… в тот же ресторан, например. А-ля романтический ужин на двоих и свидетелей бы там больше было, избежал бы мгновенной расправы.
— Не, — морщится Костик, — не люблю я эти рестораны. Ничего личного, — поспешно добавляет, и Женя непроизвольно улыбается, — сидишь, как лось, строить из себя чего-то нужно. А так ужин, приготовленный своими рук… — натыкается опять на взгляд Евгения, — ну ладно, твоими руками, это ж куда приятней и романтичней.
— Да, согласен. Ужин моими руками — самое романтичное, что только можно придумать. — Хмыкая, качает головой Евгений. — Понятно. Это была заранее спланированная кампания. — Перебирая и отсортировывая то, что им пригодится и что смело можно убирать.
— Я знал, что ты меня в беде не бросишь.
У Игоря есть одна слабость — лошади. И слабость эта нашла свое воплощение не только в занятиях по верховой езде, но и в коллекционировании статуэток в виде этого благородного животного. В общем, у каждого свои странности. Он над своей коллекцией фигурок трясется просто и Костик вряд ли преувеличивал про свой «обглоданный бездомными собаками труп в канаве».
— Неужели все настолько плохо?
— Еще хуже. Это была последняя, купленная им в прошлом месяце. Конь с крыльями, убиться можно. И либо я задобрю его шикарным ужином, либо мою девственную задницу сегодня отдерут без смазки, и, не спрашивая, прямо на том месте, где поймают.
— Ты бы хоть раз попробовал. Глядишь и понравилось бы… — Пряча улыбку, произносит Евгений.
— Ой, да что ты? И от кого я это слышу? — Чуть язвительно.
У самого Жени был подобный опыт всего один раз в жизни. Вернее почти был, потому что достаточно было только начать, как он понял, что ни о каком удовольствии лично для него здесь и речи быть не может. Возможно, все дело было в партнере, но особо разбираться в причинах ему не хочется до сих пор, как и поэкспериментировать еще раз.
— Ладно, это можешь убирать. — Улыбаясь, отодвигает не нужные продукты Женя.
— А из этих кучек чего будет? — С энтузиазмом интересуется Костик.
— Чего-нибудь будет.
— Только давай что-нибудь попроще, ну… — Заминается Костя.
— Кость, все делал ты. Я только рядом стоял. — Улыбается он ему снова. Тот расплывается в ответной искренней благодарной улыбке.
Евгений тщательно моет руки и приступает к готовке. Он обожает готовить и может заниматься этим целый день, только если кто-нибудь обязательно будет после него убирать и мыть всю посуду. Этого он терпеть не может. Сам Женя отдает предпочтение всевозможным морепродуктам, но Игорь не он и для «задобрения» лучше подойдет нечто мясное и сытное.
Женя заставляет Костика давить сок из лимонов, пока промывает и подготавливает мясо. Затем они маринуют его со специями и, оставив на час, Евгений начинает заниматься картошкой, которую уже начистил Костя и которая предположительно собирается превратиться в пюре чуть позже под грибным соусом. Из всех грибов Костик выбрал нечто безопасное — шампиньоны, хотя Евгений предпочел бы для соуса белые. Но попроще, так попроще, особенно учитывая, что Костик и готовка — слова антонимы.
