– Так я не сразу узнала, за что ему дали срок, он мне говорил, что за кражу, это уж потом совершенно случайно всё открылось. Поехали мы с ним в город, надо было кое-что по хозяйству купить, ну вот идём мы с ним по рынку, вдруг какая-то женщина, столкнувшись с нами, странно себя повела – она побледнела, взгляд у неё стал какой-то испуганный, и смотрела она на моего, как на приведение. А он поздоровался с ней довольно спокойно:» Здравствуй, Наташа, познакомься, это моя жена Маша.»
Женщина эта посмотрела на меня как-то странно, и вместо приветствия спросила у него:
– И давно на свободе гуляешь?
– Давно, я понёс своё наказание, с этим мне жить до конца моих дней., не суди меня.
– Да кто я, такая, чтоб тебя судить, пусть Господь тебя судит, по справедливости.
А потом посмотрела на меня и сказала: Вы, смелая женщина! Не боитесь, что он и Вас убьёт, как когда-то, убил свою жену? Повернулась и чуть ли не бегом ушла.
Я слушала не перебивая, хотя всё уже поняла. Не может быть столько совпадений! Но я хотела, услышать всё до конца.
– И что дальше? – спросила я хриплым голосом.
А что дальше? Ничего, он мне толком и не объяснил, сказал, что я не совсем правильно поняла слова этой женщины, что его жена умерла, когда он был уже в тюрьме. Жили потихоньку, а весной начали приезжать в деревню дачники, летом-то и нам хорошо, они покупали у нас овощи, яйца, мясо. Сами-то они избалованные, они отдыхать в деревню приезжают, у нас и речка большая рядом течёт. Вот и начал муж мой ревновать меня, чуть задержусь, где – дома скандал. Потом руку начал поднимать, когда трезвый ещё терпимо, ну а как выпьет, так дурь с него и прёт, сколько раз то в сарае пряталась, то у соседки. Битые бабы в деревне не редкость, да и жаловаться некому, одна соседка моя и знала всё. Однажды, после очередного скандала, я, прячась у неё, и рассказала о той встрече в городе. Это она мне подала идею, узнать про него, через своего племянника, который работал в полиции, в городе:
– Маш, а вдруг он и правда убил свою жену? Тогда тебе надо гнать его в шею, пока и тебя не пришиб.
– В общем позвонила она племяннику, попросила всё узнать.
Она опять замолчала, видно было, что ей тяжело даются эти воспоминания.
– Через три дня я, поехала в город за цыплятами и зашла в отделение, и племянник подтвердил, что он и правда убил свою жену, на почве ревности, даже дочку ирод не пожалел, оставил сиротой.
– Его Василием звали? – спросила я, хотя уже всё поняла.
Мария ошарашенно на меня посмотрела: – Девонька, а ты откуда знаешь, слышала, что ль чего?
– Да, слышала – это мою маму он убил, я его дочь. Я никогда, даже мысленно не называю его отцом.
– О, Господи, как же так?
– Да, чудны дела, твои, Господи!» Чего только не бывает в жизни!» – сказала Авдеева, – прямо, как в кино.
Я сидела, не в силах даже пошевельнуться. Я старалась никогда о нём не вспоминать, не слышала о нём много лет, и никогда не пыталась что-то о нём узнать. Я плохо помню тот день, когда умерла моя мама, психологи объясняют, что в стрессовых ситуациях, память блокируется сама. Особенно это часто происходит у детей. Маму я помню, часто смотрю её фотографии, а вот где на фото был он, бабушка всё вырезала и сожгла, поэтому я совсем его не помню.
– Ох, девонька, если приглядеться, ты и правда немного на него похожа. Ты уж меня прости, если что.
– Не за что мне Вас прощать, а как получилось, что Вы оказались в тюрьме?
– Да вот как узнала я, всё про него, мне и правда страшно стало с ним жить. Как- то, когда он был трезвый, я ему и предложила спокойно развестись. По- хорошему, о том, что я всё знаю, я ему ничего не говорила. Он так нагло на меня посмотрел и говорит:
– А мне некуда идти, старый я уже. Так что не рассчитывай, придётся тебе до конца дней твоих со мной жить. Засмеялся и вышел. А я ж дура, уже и прописала его у себя. Он на меня так посмотрел, что у меня аж душа в пятки ушла. Бояться я его стала пуще прежнего, по ночам спать перестала, думала, что ночью – то он, меня и порешит. Вот так в страхе и прожила всё лето. А осенью москвичи картошку у меня договорились купить, пошла я к ним уточнить, сколько мешков им набирать, да разговорами и не заметила, как около получаса и прошло. Иду, смотрю свет во всём доме горит, сразу поняла, что опять пьяный. Только зашла в дом и началось:
– Где сука шлялась? Что совсем перестала меня мужем считать и с кулаками на меня, это всё на веранде происходило, он ударил меня сильно, меня аж отбросило к противоположной стене. Я, когда упала, под руку топор попался, ну я его и стукнула. Вот так девоньки.
– Да, и сказать нечего – круговорот – он убил жену, а вторая жена убила его.
– Вот так, девоньки и стала я, на старости лет убийцей – вздохнула Мария. Выйду ли я из тюрьмы или сгину там, теперь только Богу известно. Грех-то большой на душу взяла.
Я подошла к ней, села рядом, обняла: «Собаке, собачья смерть!» Теперь Вы не одна, я постараюсь Вам помочь, у меня хороший адвокат.
Авдеева встала и пошла кипятить воду: – Давайте- ка чаю выпьем, а то от всего услышанного в горле пересохло.
