– Алмазова, на выход, с вещами.
Авдеева подошла ко мне, обняла: – Ну вот, я же говорила, что всё будет хорошо, не пропадай, звони.
Я посмотрела на тётю Машу: – До свидания, мы с Вами обязательно ещё увидимся.
– Иди, девонька, с Богом! Она перекрестила меня, дрожащей рукой. Прости меня, если что.
Мне так жалко её стало, что я, не сдержалась и обняла её. Меня привели в кабинет, к следователю, там был Павел и Света Рожкова. Света сидела, опустив голову, и когда я вошла, она так и не посмотрела на меня.
– Присаживайтесь, Алина Анатольевна, ну что я Вам скажу – друзья у Вас на вес золота. За такой короткий срок они предоставили все материалы, доказывающие Вашу невиновность в этом деле. Так, что Вы свободны.
Света всё-таки посмотрела на меня: – Алина Анатольевна, простите меня пожалуйста, я знаю, такое сложно простить, но я сделала это ради мамы, он мне денег дал на операцию.
– Бог простит Света! Тебе с этим жить, а маме твоей я, желаю быстрее поправиться.
Я смотрела на Свету, в этот момент, мне не было её жалко. Нельзя делать добро, ломая жизни других. Паша, понимая моё состояние, встал и обращаясь к следователю сказал:
– Владимир Семёнович, спасибо, было приятно с Вами работать.
Майор улыбнулся: – Взаимно.
Мы с Пашей вышли на улицу, было прохладно, я вздохнула полной грудью:
– Как же хорошо! Несмотря на холод и начинающийся мокрый снег, я только сейчас поняла слова «у природы нет плохой погоды». Спасибо тебе Паша огромное, я обняла его. Как там Лена?
Было видно, что эти дни далась и ему нелегко, вид у него был уставший, но глаза улыбались:
– Поехали, сейчас сама всё увидишь. Дома тебя все ждут, только Герман вынужден быть уехать в Москву, но он завтра приедет.
– Ничего страшного, мне надо в себя прийти от всех этих событий. Что там с моими аптеками?
– Сейчас всё нормально, их конечно закрыли, проводили обыск на наличие наркотических средств, завтра можно начинать работать, два дня большого урона не нанесли, коллектив у тебя хороший, Валентина Ивановна всё им объяснила, так они за тебя горой, на телевидение собирались идти – тебя отстаивать.
Я с закрытыми глазами, сидела слушала Пашу: – Ну и хорошо, значит завтра на работу. Паша, мне опять нужна будет твоя помощь, сейчас приедем домой я, расскажу, чтобы не повторяться.
Он засмеялся: – В последнее время, я только и делаю, что работаю на тебя, хорошо, у меня коллектив не маленький, без меня справляются.
– Я, наверное, с тобой никогда не рассчитаюсь, ты столько для меня сделал!
– С будущей родни – денег не беру.
Я удивлённо на него посмотрела: – В смысле родни?
– Мы с Леной решили, что только ты будешь крёстной, нашего малыша. Я так тебе благодарен за Лену, я её так люблю, что сам удивляюсь, как я раньше жил без неё!
– Сказала? Представляешь, я, когда догадалась, что она беременна, сама была в шоке. Ведь этот диагноз, который ей поставили 20 лет назад, лишал её всякой надежды, она так мучилась, даже хотела усыновить ребёнка. А ты ей дал самое главное для женщины! Видишь, как вы друг другу подходите! Скажу по секрету, что я очень надеялась, что у вас всё, так и произойдёт.
– Я уже и не мечтал, что встречу, полюблю, да ещё и ребёнок! Это же чудо, какое-то.
Мы подъехали к дому, где меня ждали мои родные, с ними ещё были Дима и Валентина Ивановна.
– Славу Богу, ты дома! – Ленка обняла меня, – мы знали, что всё будет хорошо, но я так испугалась, когда за тобой пришли!
– Лена, дай мать обниму! – сказал Костя. – Ну мам, с тобой, как на пороховой бочке, не знаешь, когда рванёт, научись пожалуйста, уже жить спокойно.
Я прижалась к сыну: – Да, ребёнок, не повезло тебе с родительницей! Ты похудел, обещаю – я очень постараюсь, буду теперь тише воды, ниже травы.
Татьяна смотрела на меня со слезами на глазах: – Вот говорила я тебе, будь осторожней, карты никогда не врут.
– Дорогие мои, дайте мне минут двадцать, я в душ – а потом поговорим.
Лена с Татьяной, как всегда, наготовили много вкусностей, и вот только здесь, в кругу своих близких, я поняла, что всё позади, и что я, очень хочу есть.
Когда все наелись, я сказала:
– Ну а теперь, рассказывайте, что здесь происходило?
Рассказ начал Дима: – Когда я, вёл наблюдение за аптекой, под утро пришли переодетые сотрудники, я сразу понял, кто они, поэтому дальнейшее было понятно, поэтому я, сначала позвонил тебе, а потом Павлу.
