Мисс Хаддон была изумлена. Мистер Тауб показался ей слишком старым для того, чтобы продолжать вести дела. Неужели в его конторе больше некому разъезжать по стране, подвергая опасности свое здоровье? Разумеется, она не сказала вслух ничего подобного, только несколько подобающих любезностей, и девушка оставила собеседников спорить о чае или о чем им там будет угодно.
Как бы там ни было с его деловыми поездками, мистер Тауб не особенно впечатлил Кэтрин, после знакомства с миссис Дримлейн и созерцания братьев Уорренби этот пожилой джентльмен показался ей весьма заурядным. А вот о разговоре со старой дамой девушка собиралась как следует поразмыслить в тишине своей уютной милой комнатки. Да и слова о суровом нраве Бет встревожили ее – не хотелось бы нажить себе врага!
– Подожди меня здесь, мне нужно зайти на почту и попросить мистера Морвейна отправить письма, – мисс Бет Вортекс кивком указала Кэтрин на старинную широкую скамью в центре маленькой площади. – Давай положим тюк на скамью, и ты сможешь немного отдохнуть. Не спорь, я же вижу, что ты не привыкла носить такие тяжести.
Каждый раз, когда Бетси говорила что-то подобное, Кэтрин пыталась расслышать в ее словах зависть, насмешку или упрек, но мисс Вортекс лишь указывала на очевидное, кажется, вовсе не желая задеть Кэти. Во всяком случае, голос ее звучал не более резко, чем обычно. Ровно тем же тоном она говорила с миссис Лофтли, горничными или постояльцами «Охотников и свиньи».
За три дня, прошедшие с момента их знакомства, Кэтрин так и не решила, нравится ей Бетси или же нет. Или, вернее, боялась признаться себе, что Бет ей не нравится. Ведь им придется доверять и помогать друг другу, раз уж обе они занимаются одним делом.
Мисс Вортекс оказалась не такой уж юной девушкой, как представила себе Кэти со слов дяди и тети. Скорее всего, Бет уже исполнилось двадцать пять, но тяжелая работа и пережитые невзгоды могли и прибавить ей год-другой. Высокая и гибкая, черноволосая и темноглазая, футов с двадцати Бет показалась бы незнакомому человеку настоящей красавицей, но вблизи можно было разглядеть и морщинки на лбу и в уголках губ, и загрубевшие от работы руки, и усталый взгляд.
Как позже узнала Кэтрин, Бет никогда никому не жаловалась на несчастную долю, доставшуюся ее семье по вине отца, мистера Вортекса, променявшего место младшего компаньона в адвокатской конторе на колченогий стул у камина в пабе мистера Лофтли. Но на характере девушки подобные перемены в судьбе не могли не сказаться. Возможно, Бетси и в детстве не была хохотушкой и проказницей, а с годами и вовсе приобрела черты желчной старой девы, могущей позволить себе любые суждения, но ни одного, даже самого невинного, удовольствия.
Мисс Вортекс и ее младшая сестра не смогли закончить пансион и вынуждены были искать себе работу после того, как семье пришлось продать приличный дом, чтобы выплатить долги мистера Вортекса. Бет ухаживала за стариками в приюте целых три года, и добросердечная миссис Лофтли сразу подумала о бедняжке, едва только ее прежний работник обвенчался со своей невестой. Сестра Бет, Люси, не такая миловидная, но сохранившая остатки жизнерадостности, устроилась компаньонкой к состоятельной вдове, проживающей в поместье неподалеку от Кромберри.
Если мисс Вортекс и досадовала на особенное положение, которое заняла Кэтрин в гостинице своего дядюшки, она никак этого не выказывала. В первый же час знакомства она дала Кэти куда больше хороших советов, как лучше выполнять работу, нежели миссис Лофтли за полдня. Но при этом Бет явно не стремилась подружиться с племянницей хозяев, и Кэти все еще испытывала робость в присутствии мисс Вортекс.
Сегодня Бет должна была провести три часа в приюте для стариков, и миссис Лофтли попросила ее захватить несколько простыней и наволочек, которые были уже недостаточно хороши для постояльцев «Охотников и свиньи», но могли считаться роскошью в глазах обитателей богадельни.
Нести тяжелый тюк одной было неудобно, и Кэтрин вызвалась проводить мисс Вортекс. Миссис Лофтли предпочитала сама проводить предвечерние часы за конторкой в холле, ведь в это время постояльцы возвращались с прогулок или деловых встреч и непременно останавливались рядом с конторкой на минутку-другую, чтобы поделиться новостями и сообщить о своих планах на будущий день.
Кэти уже совершила две короткие прогулки по Кромберри, не решаясь пока заходить слишком далеко. Она не боялась заблудиться – всегда можно спросить дорогу у прохожих, но холодный ветер и одиночество гнали ее обратно, в маленький мирок, заботливо построенный дядюшкой и тетушкой.
Мисс Вортекс без всякого жеманства приняла предложенную помощь, и обе девушки, вместе удерживая тюк с пожертвованием миссис Лофтли, неторопливо направились по еще незнакомым Кэтрин улицам в сторону приюта. Передышка у почты показалась Кэти весьма своевременной, ее рука уже заныла от напряжения, как будто она водила своей кистью по холсту шесть часов кряду.
