– Ты думаешь, Мег и Белинда захотят помогать на ярмарке из любви к бедным сироткам? – Сейчас на лице Дженни чувство превосходства, и она кажется намного старше своей подруги. – Разумеется, нет! Они будут торчать здесь и громко хихикать в надежде привлечь внимание сквайров! Гарольда Райдинга, конечно же, и других. По традиции, почти все джентльмены жертвуют большие суммы благотворительному комитету, лишь бы только не увозить с собой безделушки. И они не в обиде, если мы продаем одну и ту же вещицу несколько раз! Молодой Райдинг на осеннем празднике со смехом показал мне ту кривобокую чернильницу и сказал, что уже дважды покупал ее!
Кэтрин взглянула на вещицу, на которую показывала Дженни. Чернильница и в самом деле выглядела неважно.
– Что ж, я охотно пойду и посижу с миссис Дримлейн, пока ты кокетничаешь здесь с мистером Райдингом и другими джентльменами. Мне кажется, к каждой моей ноге приделали по булыжнику!
– С этой старой ведьмой? – Мисс Морвейн разделяла нелюбовь большинства горожан к вечной постоялице «Охотников и свиньи». – Нет уж, ты останешься здесь и будешь улыбаться всем и каждому. Что, если среди гостей окажется твой будущий супруг?
– Не окажется. – Кэтрин вздохнула. Возможно, после бала она расскажет подруге, что случилось в Стоунфолле минувшей осенью. Или не стоит? Можно ли полагаться на сдержанность Дженни, если та только и делает, что болтает?
– Ах, ну как можно быть такой спокойной, когда речь идет о твоей будущей жизни! – Лихорадочный румянец отнюдь не красил мисс Морвейн. – Неужели ты хочешь всю свою жизнь просидеть в темном углу за своей конторкой?
– А ты? – Улегшееся было раздражение вновь подняло шипастую голову. – Ты и правда веришь, что кто-нибудь из джентльменов, которым с малых лет внушали, что они должны сделать выгодную партию, женится на простой девушке из города? И сделает тебя богатой и счастливой?
– Никто не знает, где найдет свое счастье! – обиженно отвечает Дженни. – Ты даже не представляешь, какие чудеса порой случаются прямо на пороге твоего дома!
Ответить мисс Хаддон не успела – в «Зал герцогини» заглянула сестрица викария, чтобы проверить, готово ли все к началу ярмарки.
Полтора часа спустя Кэтрин думала, что ее подруга не так уж и неправа, говоря о чудесах. Мисс Хаддон приглашали танцевать уже два раза! И это при том, что в зале достаточно хорошеньких и стройненьких девушек!
На первый танец Кэтрин пригласил брат Дженни, долговязый молодой человек с веселыми, слегка косящими глазами. Он разносит почту и является неоценимым помощником женской половины семьи в трудах по сбору урожая сплетен. «Должно быть, сестра попросила его пригласить меня», – с досадой пополам с благодарностью думала Кэти. Хорошо еще, она знала этот танец и двигалась почти грациозно, как только перестала стесняться. Стиви так забавен, что она невольно улыбалась всякий раз, когда он шепотом называл ей кого-нибудь из столпов городского общества, а также прозвища, которые они с друзьями еще мальчишками дали этим людям. В нем есть что-то от неутомимого проказника Бартоломью, и Кэтрин становилось тепло и одновременно грустно. Неужели она внезапно заскучала по Стоунфоллу? Или виной кузен Бартоломью, о котором она так тщательно старается не думать?..
Стиви танцевал едва ли не с каждой девушкой в зале, и Кэти с удивлением подумала, что никто, кажется, не замечает его косоглазия. В Стоунфолле ее отец непременно бы обратил ее внимание на особенности внешности молодого человека, и Кэтрин уж не смогла бы думать ни о чем другом. Ее внезапно поразило, как мало вины она испытывала в последние недели из-за того, что натворила осенью, и из-за отсутствия в ее сердце тоски по дому.
Но подумать об этом она успела лишь два следующих танца, пока стояла возле улыбающегося гостям дядюшки, а затем ее пригласил сын одного из докторов Кромберри – в городе их целых три! Кто-то, наверное Дженни или ее брат, рассказал ему, что мисс Хаддон – дочь врача, и степенный, уже лысеющий молодой человек посчитал своим долгом заверить Кэтрин, что медицина в Кромберри находится на должном уровне. Если у нее будут какие-нибудь затруднения, она всегда сможет обратиться к его отцу. А через несколько лет, когда станет постарше и в жизни ее наступят перемены, уже к нему самому, ведь он готовится занять со временем место отца.
Девушка краснела и сердилась. Ей казалось, будто мистер Макферсон намекал, что через несколько лет ей понадобится помощь при рождении детей. А ведь до того ей нужно выйти замуж!
«Надеюсь, он не станет интересоваться размерами моего приданого! – с ужасом думала Кэти. – Что, если он подумал, что дочь врача будет для него подходящей партией? Особенно если унаследует «Охотников и свинью»! Кухарка будет травить гостей несвежими артишоками, я – подставлять им ножку на лестнице, а мой муж – лечить желудки и сращивать переломы! Фу, как это противно!»
