Тяжесть ее слов оседает вл мне, как холодный камень. Никогда больше не быть Дженнифер Джуэлс? Часть меня чувствует странное облегчение, но другая часть меня чувствует, что меня душат. Я смотрю на Мейв, ища успокоения, и она слегка кивает мне в знак поддержки.
— А как же Мейв? — спрашиваю я, и мой голос почти дрожит. — Может ли она знать, где я? Могу ли я хотя бы оставаться с ней на связи?
Глаза Кьяры на долю секунды мелькают в сторону Мейв, выражение ее лица невозможно прочесть. — Это зависит от того, умеет ли Мейв хранить секреты, — холодно говорит она. — Тебе нужно быть умной в этом вопросе. Чем меньше кто-либо знает, тем в большей ты безопасности.
Я снова смотрю на Мейв, закусывая губу. Я не могу представить, что ее не будет в моей жизни. Она — единственная семья, которая у меня осталась, единственный человек, которому я полностью доверяю. — Что бы ты ни хотела сказать, — твердо говорю я Кьяре, — ты можешь сказать это при Мейв.
Кьяра приподнимает бровь, ее выражение лица скептическое. — Ты уверена?
Мейв делает шаг вперед, ее голос ровный, но глаза полны беспокойства. — Я никуда не уйду, Джен. Что бы ни случилось, мы разберемся вместе.
Кьяра тихонько вздыхает, явно раздраженная. — Ладно, — говорит она, скрещивая руки на груди. — Пойми — ты не просто убегаешь от Тимура. Как только ты его предашь, ты станешь мишенью. Шаровы не относятся к предательству легкомысленно.
— Я знаю, — шепчу я, и моя грудь сжимается от страха. — Я видела, на что он способен.
Кьяра кивает, удовлетворенная тем, что я понимаю всю серьезность ситуации. — Хорошо. Теперь ты даешь мне нужную информацию, а взамен я даю тебе новую личность, новую жизнь. Как только ты примешь это решение, пути назад не будет. Больше никаких Дженнифер Джуэлс.
Реальность всего этого давит на меня, как тяжелый груз. Мой разум возвращается к жизни, от которой я пытаюсь сбежать — жестокий мир, в котором живет Тимур, секреты, которые я храню, беременность, которую я скрываю. Такое чувство, будто я иду по канату над огненной ямой.
— Скажи мне, что тебе нужно знать, — наконец говорю я, и мой голос становится тверже. — Я сделаю это.
Кьяра улыбается, и в ее глазах есть что-то темное, расчетливый блеск, который заставляет меня вздрогнуть. — Умный выбор.
Она наклоняется вперед, ее голос понижается до тихого шепота, когда она начинает излагать информацию, которую она хочет получить о бизнесе Тимура. Часть из этого я уже знаю — его самые успешные предприятия в сфере недвижимости, его инвестиции в Empire City Estates. Подробности, которые она просит, более… запутанны. Она хочет грязи. Слабости. Все, что может разрушить его империю изнутри.
Мейв слушает молча, ее лицо бледное, но решительное. Я могу сказать, что ей это нравится не больше, чем мне, но она знает, что я в ловушке. Если это мой выход, то она меня поддержит.
Закончив, Кьяра встает, разглаживая перед своей гладкой куртки. — Ты знаешь, что делать, — просто говорит она. — Когда получишь то, что мне нужно, свяжись с Мейв, и она организует остальное.
Когда она поворачивается, чтобы уйти, Мейв наконец заговаривает. — Откуда мы знаем, что ты не отвернешься от нас? — спрашивает она, и ее голос пронизан подозрением.
Кьяра останавливается у двери, оглядываясь через плечо с легкой понимающей улыбкой. — Никак, — прямо говорит она. — У меня нет времени на предательства. Не сейчас. Вы оба нужны мне живыми и здоровыми, если я собираюсь сокрушить Шаровых.
С этими словами она выскальзывает из комнаты, оставляя меня и Мейв в напряженной, удушающей тишине.
Я падаю на кровать, провожу руками по волосам. — Что, черт возьми, я делаю? — шепчу я, больше себе, чем Мейв.
Мейв сидит рядом со мной, ее рука легко покоится на моем плече. — Джен, — начинает она мягко, — мне это не нравится. Я не говорю, не делай этого, я знаю, что это может быть новым началом, которое тебе нужно, но будь осторожна, ладно? Это кажется… более опасным, чем ты думаешь.
Я качаю головой, пытаясь сдержать панику, которая нарастает в моей груди с тех пор, как Кьяра вышла за дверь. — У меня нет выбора, Мейв. Я должна уйти от Тимура, и это единственный способ исчезнуть. Ты знаешь, что он сделал с Расселом. Как ты думаешь, что он сделает, если узнает о ребенке?
Глаза Мейв расширяются, ее рука падает на колени. — Я не знаю. — Она звучит более встревоженной, чем раньше. — Я просто думаю, что тебе нужно подготовиться, ну знаешь, морально.
— Нет, — шепчу я, чувствуя, как на меня давит тяжесть моего решения. — Если я позволю себе подумать об этом, я отступлю. У меня не хватит смелости.
Мейв прикусывает губу, явно расстроенная. — Я понимаю, понимаю, но ты играешь с огнем, Джен. Ты не просто бежишь от какого-то случайного парня. Мы говорим о Тимуре Шарове. У него есть власть, ресурсы — черт, у него, вероятно, уже есть люди, которые следят за тобой.
Эта мысль пробирает до мурашек. Я думала об этом не раз, но когда Мэйв говорит это вслух, это кажется более реальным. Как будто Тимур может скрываться в тени, просто ожидая, когда я совершу ошибку.
