18 месяцев спустя…
Тихое утро, к которому я привыкла за последние полтора года. Воздух свежий, а мягкий гул города снаружи едва проникает сквозь стены моей маленькой квартиры. Мне здесь нравится — вдали от Нью-Йорка, вдали от хаоса, который раньше поглощал мою жизнь. Здесь так спокойно, как я никогда не думала, что смогу испытать, и так, как мне отчаянно было нужно.
Я сижу на полу, прислонившись спиной к дивану, и смотрю, как Тайлер играет со своими игрушками. Его тихий смех наполняет комнату, и я не могу не улыбаться, когда он ползет ко мне, его пухлые руки хватают игрушечный грузовик. Он растет так быстро, и каждый день я поражаюсь, насколько он похож на своего отца. Его темные волосы, те же грозовые глаза… даже в его улыбке есть намеки на Тимура. Как будто он его маленькая версия, и как бы я ни старалась, я не могу стереть воспоминания, которые нахлынули каждый раз, когда я смотрю на него.
— Иди сюда, детка, — тихо говорю я, протягивая руку, чтобы усадить его к себе на колени. Он что-то бессвязно лепечет, его маленькие ручки гладят мое лицо, словно он понимает каждое слово. — Ты становишься таким большим, да?
Тайлер хихикает, его глаза сверкают озорством, и я не могу не поцеловать его в щеку, вдыхая его сладкий, невинный запах. Теперь он весь мой мир, единственное, что удерживает меня на земле, даже когда груз моего прошлого грозит утянуть меня на дно.
Уехать из Нью-Йорка было нелегко, но это было необходимо. Я не могла там оставаться, не с риском, что Тимур узнает о Тайлере. Русская мафия держала город в своих руках, и хотя Тимур никогда не упоминал о том, что хочет детей, я знала, что лучше не предполагать, что он нас отпустит. Не если он узнает. Я не могу позволить своему сыну расти в таком мире. Я отказываюсь позволить ему быть пешкой в игре власти и крови.
Италия показалась мне самым безопасным вариантом — местом, где я могла бы исчезнуть и начать все заново. Мафия здесь другая, и я держалась как можно дальше от всего, что с ней связано. Пока что это работало. Мы построили здесь жизнь, только мы вдвоем. Хотя это не всегда легко, я нашла чувство покоя в рутине. Мои дни вращаются вокруг Тайлера, и я никогда не была так счастлива, будучи поглощенной чем-то таким простым, как материнство.
Но бывают моменты — мимолетные, болезненные моменты — когда мои мысли возвращаются к Тимуру. То, как он смотрел на меня, как он прикасался ко мне. Между нами было что-то, что-то грубое и сильное, что я не могу забыть, сколько бы времени ни прошло. Я ненавижу себя за это. За то, что все еще думаю о нем после всего. За то, что назвала нашего сына в его честь в каком-то смысле. Тайлер. Это казалось правильным, хотя я и пыталась убедить себя, что это не так. Он слишком похож на своего отца, чтобы притворяться.
Я смотрю, как Тайлер ползет к окну, его маленькие пальцы вцепились в подоконник, когда он пытается подтянуться. Он становится сильнее с каждым днем, решительный и упрямый. Прямо как его отец.
— Иди сюда, милый, — зову я, подхватывая его на руки, пока он не упал. Он визжит от восторга, его маленькие ножки дергаются в воздухе. Я прижимаюсь губами к его лбу, прижимая его к себе, когда снова сажусь на пол. — Теперь ты — весь мой мир, ты знаешь это?
Тайлер булькает, кладя голову мне на плечо, и я чувствую, как в груди поднимается волна эмоций. Я никогда не думала, что буду делать это одна. Воспитывать ребенка, строить жизнь вдали от всего, что я когда-то знала. Но вот мы здесь. Каким-то образом, этого достаточно. Этого
Но бывают ночи, когда одиночество подкрадывается. Когда я лежу без сна, уставившись в потолок, и думаю, правильный ли выбор я сделала. Не только для себя, но и для Тайлера. Лишила ли я его возможности узнать отца? Лишила ли я чего-то, что могло бы быть для него важным? Я отбрасываю эти мысли так же быстро, как они приходят, напоминая себе, что мир Тимура опасен. Он жесток, и это не место для взросления ребенка. Я сделала то, что должна была сделать, чтобы защитить его.
Пока я сижу здесь, держа сына на руках, я не могу не чувствовать странную смесь эмоций. Удовлетворение, любовь, страх и вина. Все это переплетается воедино, кружится внутри меня. Я люблю Тайлера больше всего на свете, и я сделаю все, чтобы он был в безопасности. Призрак Тимура живет в глубине моего сознания, постоянно напоминая о жизни, которую я оставила позади. Жизни, к которой я никогда не смогу вернуться.
— Всё будет хорошо, — шепчу я, хотя не уверена, говорю ли я это за Тайлера или за себя. В любом случае, я позабочусь об этом. Я должна. За него. За нас.
Из моих мыслей меня вырывает звонок будильника, я вздрагиваю, а Тайлер шевелится у меня на коленях.
Время для вечерней прогулки. Этот ритуал помогает мне оставаться на земле, и он гарантирует, что Тайлер будет спать всю ночь.
