Ничего не оставалось, как последовать за Лисдаром, моим проводником на сегодня. Любопытство от встречи с самыми настоящими эльфами, не замаскированными окрашенными оборотнями, а Первоначальными, уже съедало изнутри. Поэтому закрыв глаза на странное поведение взрослого мужчины, мало ли как на него подействовал переход, молча шла попятам. Лисдар о чем-то рассуждал сам с собой, а я тем временем разглядывала изрядно изменившиеся окрестности: высокие толстоствольные многовековые деревья, насыщенный медовым ароматом воздух, летающие со скоростью истребителей разноцветные стрекозы, каждая не меньше ладони, то тут то там доносящиеся трели экзотических птиц.
Мой спутник чувствовал себя вполне комфортно, словно расшагивал в домашних тапочках по собственной гостиной: шаг широкий, уверенный, руки опущены в карманы камзола, а волосы небрежно разбросаны частично по спине, а частично перекинуты на грудь. Чуть слышно доходящая до моего слуха его беседа самого с собой так и вынуждала хихикнуть за спиной и нарваться на полный презрения и ненависти взгляд. А от этого расхохотаться еще громче. Тогда Лисдар снова обстоятельно и полным достоинства голосом произнесет какое-нибудь незнакомое мне, еще не изучившей основы магии, заклинание, и опять произойдет что-нибудь загадочное. Для него очевидное, для меня невероятное.
— А ну прекращай погружаться в дебри своих бессмысленных рассуждений! — Я и не заметила, представляя всю эту сценку, как мы остановились, и Лис принялся сверлить меня взглядом, грозно нависая, хотя меня всегда оценивали как девушку ростом выше среднего.
— А ты прекращай копаться в чужой голове! — недовольно воскликнула, тыкая пальцем ему в грудь. Наивный, он опустил голову вслед за ним. Грех не воспользоваться ситуацией, щелкнув зарвавшегося оборотня по носу: — Попался!
Лис хмыкнул, но на шутку не обиделся. Лишь только потер покрасневший кончик и с какой-то хитрецой взглянул на меня. «Кажется, что-то задумал. И у меня будут неприятности…»
— В верном направлении мыслишь! — похвалил за догадку блондин, едва сдерживая смешок. «Ах ты ж умертвие! — ну, как бы Дармир выразился. — Что же ты, прохвост, замышляешь?»
— Так я тебе и сказал! — бросил через спину Лис, когда мы возобновили прогулку.
«Долго нам еще идти через лес? Разве мы не должны были оказаться на самом фестивале, как те обозы с товарами?» — но мои вопросы так и остались без ответов. То ли Лисдар не имел охоты просветить в них, то ли для него это было очевидным, а значит и для меня таковым должно было являться, а может и вовсе я озадачиваюсь глупыми и элементарными вещами. Как если бы вдруг на Земле стала приставать к прохожим с вопросом почему светофор светит красным, а люди все равно перебегают дорогу.
— Тебя так забавно подслушивать, — вдруг отреагировал мужчина, когда я этого уже и не ждала. «Забавно? Что же такого забавного я себе надумала, что прервала твое молчание, Лис?»
— Все новое всегда интригует, знаешь ли, — туманно просветили меня, сопровождая фразу хрустом костяшек пальцев, — как живые игрушки, новосплетенные чары, неизведанные края, вернувшиеся домой иномирянки, в твоем случае.
Лисдар Куальдэ мыслил широко и на мелочи не распространялся. Не будучи человеком, он позволял себе ставить в один ряд такие вроде бы из разных категорий вещи, как колдовство, людей, территории, предметы обихода. Из его уст все звучало цельно, невозмутимо. Но стоило мне начать обдумывать каждую его фразу, и я понимала, что имею дело с существом ничего общего со мной и моим пониманием мироустройства не имеющего.
Пока мы прорезали лес пешком, как нож масло — медленно и основательно, мое сознание успело потонуть, достичь морского дна, зарыться в ил и обрасти поверху густыми темно-зелеными водорослями, поскольку Лисдар решил не замолкать ни на минуту. Несмотря на мое молчаливое общество, он продолжал развивать завладевшую им тему:
— … к тому же, — это был очередной, кажется восьмой аргумент, прозвучавший в пользу сохранения отдела по кооперативной работе с землями Думадара в Департаменте, — вера — верой, война — войной, но их способ выявления принадлежности женщины по определенным параметрам к колдовскому братству… Это так… интригующе! — В голосе Лиса отчетливо прозвучали пробежавшие по телу мурашки возбуждения.
Лично я ничего «интригующего» в унижении, подверженности публичной порке и обвинении в смертных грехах, помимо насильственного принуждения к признанию власти Аркаатаруса, питающегося страданием этих самых женщин, не находила. Одним словом, сочла Лисдара с одной стороны, за латентного извращенца, с другой — за психопата. С меня хватит!
