К своим полям потянулись и другие семьи из таунлендов. Они здоровались с нами и говорили: «Доброе утро, миссис!», «Слава богу, сегодня подходящий день для этого — наконец-то!»
Небо действительно прояснялось. Сегодня мы должны собрать много картошки.
— Я побегу вперед вместе с Джозефом, — крикнул мне Пэдди. — Он даст мне попробовать свою клюшку для хоккея.
В свои восемнадцать лет Джозеф был не выше пяти футов, и Пэдди, удавшийся ростом одновременно и в Келли, и в Кили, доходил ему до плеча. Этот крепкий парнишка, уже достаточно мускулистый, был к тому моменту на середине склона холма, пока Джеймси пыхтел далеко позади. Хьюи, добрая душа, посадил Джеймси себе на плечи и припустил вслед за Пэдди и Джозефом. Они больше походили на старших братьев моих сыновей, чем на их дядей.
Я шла между мамой и бабушкой и несла на руках Бриджет. Отец с Майклом о чем-то оживленно разговаривали и ушли далеко вперед. Они прекрасно ладили. Майкл теперь был полноправным мужчиной семьи Кили, у которого росли свои маленькие дети. Одиночество его ушло, внутренняя пустота заполнилась.
Я взяла бабушку за руку.
— Это наша собственная
— Спасет, — согласилась бабушка.
Вдруг я услышала крики Джозефа и Хьюи, слов я разобрать не могла. Через секунду пронзительно закричали Пэдди и Джеймси:
— Папа, папа, папа!
Майкл бросился к ним.
Голоса мальчиков звучали испуганно. Я видела, как Майкл добежал до них и упал наземь. Что он делает?
И откуда появился этот ужасный запах? Как будто неподалеку что-то издохло. Казалось, этот смрад поднимается от самой земли.
Когда мы с мамой, папой и бабушкой подошли к грядкам, ко мне подбежал Пэдди и протянул мне навстречу руки, вымазанные в какой-то черной жиже.
— Наша
Майкл, Джозеф и Хьюи рылись в земле.
— Мама, подержи Бриджет, — сказала я и, отдав ребенка, присела рядом с Майклом. — А картошка где? — спросила я. — Куда она вся подевалась?
Он вытащил большой комок, зловонный и липкий, и протянул его мне:
— Вот. Вот она.
Он выбросил гниль, вытер руки о траву и продолжил копать.
Стебли всех растений, еще вчера зеленые, сегодня стали черными и испорченными, а под землей вместо клубней была лишь слизь.
— Этого не может быть! — воскликнула я. — Как она могла погибнуть за одну ночь?
— Майкл, я нашел одну хорошую, — окликнул его Джозеф. — И еще одну, и еще — здесь всего пять крепких картофелин.
— А тут целая грядка уцелевшей! — крикнул отец. — Посмотрите, зеленый островок среди сплошной черноты.
Майкл встал.
— Копайте картошку из-под зеленых кустов — и быстрее, быстрее! Пока это, чем бы оно ни было, не распространилось и на них. Поторапливайтесь! Быстрее!
Пэдди побежал к Майклу.
Мама присела рядом со мной, а бабушка отнесла Бриджет в сторону. Подошел Джеймси и встал у моего плеча.
— Мама, мама.
— Я не могу, Джеймси. Я копаю. Помогай мне.
— Послушай, послушай!
— Что?
Теперь и я услышала это — странные звуки, эхом разносившиеся над долиной…
— Причитания, как по покойнику, — сказала бабушка.
Теперь завывание слышалось со всех склонов от соседей: их картошка тоже умерла — или умирала.
Этот звук остановил нас, мы замерли, стоя на коленях в грязи и слякоти.
Первым очнулся Майкл.
— Копать! Копать! Копать! — крикнул он и направился к грядкам наверху.
Я переползла к следующему зеленому пятачку, сунула руку в дурнопахнущую жижу и нащупала там твердый комок — хорошая картофелина. Однако, когда я схватила ее, она распалась и просочилась сквозь мои пальцы.
— Мы должны копать быстрее! — крикнул Майкл. — Вытаскивайте наружу любую целую картошку! Несите все это к ручью и смывайте слизь.
— Майкл! — Это был Джозеф. — Сюда, наверх! Тут она вся крепкая!
— Выкапывай ее! Выкапывай! — откликнулся Майкл.
Бабушка увела Бриджет и Джеймси. Пошел сильный дождь. Грядки затопили реки зловонной грязи. Мы промокли до нитки, но копали и копали, задыхаясь от тошнотворного смрада.
Остановились, лишь когда солнце полностью зашло.
Мы перенесли всю картошку к ручью возле нашего дома, вымыли ее, вытерли насухо своей одеждой и уложили в яму закрома. Все, что нам удалось спасти, едва закрывало его пол.
Шатаясь от усталости, мы собрались в нашем доме.
Бабушка сварила немного молодой картошки, выкопанной в прошлом месяце.
Майкл заглянул в котел.
— Крепкая! Эта была совершенно здоровой! И все поля еще вчера были здоровы… Как такое могло случиться? Что это за болезнь, которая ударила так быстро? Как картофель мог сгнить всего за одну ночь?
— Мы должны поесть и поспать, — сказала бабушка. — Возьмите все по одной картошке.
Обычно Майкл съедал десяток.
Мы поели. Я уложила маму, отца, бабушку и детей на тюфяк с соломой, а остальные устроились прямо на полу. Сама я легла рядом с Майклом.
— Грядки за длинным полем могли уцелеть, — сказал он.
