Но время поджимало. Если она не примет таблетку сейчас, у нее не останется выбора. Как всегда.
Как только Валдус повернулся, Ева начала действовать.
Сунув связанные руки в карман на бедре, она схватилась за таблетки.
Только чтобы остаться с пустыми руками.
— Даже не думай об этом. — Встревоженный резким рывком за талию, Валдус развернулся и выдернул руки своей пленницы из кармана. Он был уверен, что найдет спрятанное оружие, которое она намеревалась всадить ему в спину.
Острый укус предательства столь же неоправданный, сколь и идиотский. Он обещал убить ее мужа, в конце концов. И использовать ее как приманку для этого.
Только в ее руках ничего не оказалось.
— Нет. — Ее низкий крик эхом отразился от стен — и отозвался в его поджилках.
— Что случилось? — Мышцы напряглись, его взгляд прошелся по ее телу.
Неужели он пропустил скайнка? Эти оранжевые ящероподобные ублюдки были маленькими, но быстрыми, а удар их хвостового жала был мучительным. Но обычно они оставляли за собой след из слизи.
Его пленница снова застонала, опустив глаза, и все практические соображения отпали. Ей было больно. Он узнал этот звук. Жил с ним каждую смену. Он просто не ожидал услышать его от кого-то вроде нее.
Валдус боролся с желанием запрокинуть голову и завыть.
Она была его пленницей совсем недолго, но уже успела вскружить ему голову.
Он говорил себе сохранять дистанцию, воспринимать ее не более чем приманку, но не ожидал, что страх в ее глазах вцепится ему в горло и не отпустит.
— Я не вижу травмы. — Он еще раз осмотрел ее, отбросив мысль об укусе скайнка и подавив странное, незнакомое стеснение в груди. — Скажи мне, что не так.
— Просто… просто дай мне подумать. — Она опустилась на колени, ее волосы упали на лицо, а тело выгнулось. Путы между ними натянулись.
С проклятием он склонился над ней, проводя рукой по изгибу ее спины, называя себя всеми извращенными эпитетами, пока его разум оценивал нежность ее тела.
— Где болит? — Ее кожа была слишком горячей на ощупь.
— Абсолютно все. — Очередной протяжный стон.
Нелегко быть мужчиной здесь, внизу, но для женщины — маленькой, слабой, пользующейся большим спросом — это ужасающе. И, черт побери, увидев это место ее глазами, его стремление защищать усилилось. Когда он меньше всего мог позволить себе подобные чувства.
Взяв подбородок Евы, Валдус поднял ее голову вверх.
Ее шелковистые волосы прилипли к виску. Великолепные глаза остекленели, зрачки сузились до крошечных точек. Это был не обман.
Повязка вокруг его груди натянулась еще туже.
— Скажи мне, где у тебя болит, или я раздену тебя догола и сам осмотрю каждый дюйм.
Член дернулся. Этому ублюдку понравилась идея.
Гортанное мычание было ее единственным ответом.
Полный решимости, Валдус потянулся к застежке ее униформы.
Дрожащие пальцы схватили его.
— Подожди.
Ваплдус мог бы легко отбросить ее дрожащую руку в сторону. Вместо этого проявил несвойственное ему терпение, о котором даже не подозревал.
— Скажи мне.
Ева покачала головой, ее веки дрогнули, как будто она так легко могла от него спрятаться.
— Просто… просто дай мне подумать… Должен быть другой способ.
Разочарование нахлынуло на него, горячо и быстро. Обхватив ее предплечья, он поднял пленницу с колен, и ее лицо, слишком раскрасневшееся, оказалось на волосок от его лица.
— Скажи мне, что с тобой происходит, или я разыщу солдата, с которым ты пришла сюда, и буду пытать его, пока он не расскажет мне то, что я хочу знать. Затем отдам его тем же ублюдкам, которые насиловали другого заключенного.
— Нет, — отшатнулась она.
— Да. — Его хватка усилилась, приковывая внимание Евы к себе, позволяя ей увидеть правду его слов. — Я предупреждал тебя. Никаких колебаний. Никакой пощады. Теперь скажи мне, что случилось?
Ее плечи опустились, поражение лишило ее изумрудный взгляд блеска.
Это должно был испытать триумф. Вместо этого у него свело живот.
Но, каким бы ублюдком он ни был, это не заставило его отказаться от своих слов.
— Мне нужно… — выдохнула она, и его терпение лопнуло окончательно. — Мне нужно, чтобы ты меня трахнул.
Он отпрянул назад, цунами похоти обрушилось на него так быстро и сильно, что почти поставило его на колени.
Трахни меня.
Не удержав равновесия, Ева рухнула на землю, встав на четвереньки. Готовая к тому, о чем просила.
Трахни меня.
Из всего, что он мог услышать от вражеской пленницы, подобного не ожидал даже за миллион лун.
Трахни меня.
Неужели она так легко разгадала его слабость к ней? Гнев бурлил в его жилах.
Запустив руку в ее волосы, Валдус рывком поднял ее голову, заставив встретить его пристальный взгляд.
— Если ты думаешь, что с помощью секса я смягчусь или изменю свое мнение, то ты ошибаешься.
Ева дернулась в его руках, боль в ее глазах прояснилась, а ярость, такая же сильная, как и его собственная, вышла на первый план.
— Поверь мне, у меня нет иллюзий на этот счет. — Она судорожно вдохнула, впиваясь ногтями в его кожу, пытаясь ослабить хватку. — Ты потребовал, чтобы я сказала тебе, что мне нужно. Я так и сделала.
