Проведя ладонью ото лба к подбородку, он стряхнул остатки алкоголя и встал. Я нервно сглотнула – вид у Аблова был более чем угрожающий, о настроении вообще молчу. Хоть правда была на моей стороне и мой срыв оправдать можно, но все равно страшно.
К великому облегчению, Виктор на одном месте не задержался и прошел вновь к бару:
– Тебе что-нибудь плеснуть, а то малоприятные мужчины нервы-то, небось, потрепали?
Я ничего не ответила, лишь недовольно фыркнула и плюхнулась в кресло, где до этого сидел Аблов.
– Молчание – знак согласия, – изрек Виктор и вложил мне в руку бокал, а потом взял табурет, стоящий у стены, и, поставив его напротив меня, тоже присел.
– За что, Валерия, выпьем? – вытянув руку, Аблов приблизил ко мне свой бокал, чтобы чокнуться.
Без единого слова я врезалась бокалом в бокал Виктора, да так, что в них случилось настоящее цунами, коньяк вышел из берегов и пролился на пол, а затем, запрокинув голову, я решила одним глотком выпить все оставшееся до дна. Только вот нагрузку не рассчитала – горло зажгло, в нос ударил резкий запах, который ничего, кроме тошноты, не вызывал и, не осилив и четверти дозы напитка, я закашлялась и чуть не выплюнула то, что успела набрать в рот.
– Фу-у-у, гадость какая, – кривилась и морщилась я. – А есть сухое шампанское?
– Малоприятные мужики в этом доме шампанское не пьют, поэтому в закромах и не держат.
Что Аблов привязался к этой фразе? А как я их компанию должна была назвать – приятной, что ли?
В какую-то секунду я заметила, что горло больше не жжет, во рту нет неприятных вкусовых ощущений, зато в желудке поселилось тепло и неспешной волной растекается по всему телу. На физическом уровне я чувствую, как медленно, но верно расслабляются мышцы, как успокаиваются нервы, как мысли в голове приходят в порядок.
Понимаю, успокоение от порции алкоголя обманчивое, проблемы на самом деле никуда не ушли, но ведь могу же я позволить себе хотя бы чуть-чуть забыться.
– Дамских напитков нет, зато в холодильнике есть лимон, – вытекая из кресла, изрекла я, сгоняла на кухню и вернулась оттуда, держа в руке десертную тарелку с нарезанными на ней ломтиками лимона.
Виктор, мало того что никуда не ушел и дождался меня, так он еще освежил нам бокалы, при этом бутылка коньяка перекочевала с барного столика на пол, и теперь Аблов мог до нее легко дотянуться, не вставая со своего табурета.
Вторая доза алкоголя зашла в горло, как в родной дом. Спасибо большое дольке лимона, которую я сначала понюхала, а потом зажевала.
– Надеюсь, ты под мухой не буйная, – хмыкнул Аблов, который крайне внимательно наблюдал за тем, как запросто я влила в себя добрую треть бокала.
– Ничего обещать не могу, потому, как еще ни разу до состояния зюзи не доходила, – не по-девичьи обтерев губы рукой, заявила я. – Так что, как говорится, надейся на лучшее, но к пьяному дебошу будь готов.
Виктор снисходительно на меня посмотрел, говоря взглядом, что в случае моего неадекватного поведения кто-кто, а уж он-то со мной справится.
Какое-то время мы с Виктором пили молча, каждый варился в собственных мыслях, отсутствие диалога ничуть не напрягало. Но тут Аблов, открыв рот, испортил всю идиллию.
– Лера, я сегодня в твоем присутствии пообещал сестре, что уже завтра она обнимет Артема. Следовательно, тебя я буду вынужден передать мужу в обмен на племянника.
– О как! Вынужден?! – передернула я. – То есть ты этого делать не желаешь? И с удовольствием бы еще подержал взаперти со следящим ошейником на лодыжке, лишая возможности полноценно жить?
– Если отбросить твой язвительно-саркастический тон, то да, ты права, я не хочу возвращать тебя мужу. Потому что чувствую перед тобой вину за похищение и за то обращение, которому я подверг тебя вначале.
– Да неужели? – делано удивленно не совсем трезвым голосом протянула я. – Чувствуешь себя виноватым, где же тогда твои извинения?
– Никогда не видел смысла в извинениях, это всего лишь пустые слова. Я же предлагаю в качестве компенсации реальную помощь.
Виктор, в отличие от меня, и выглядел и говорил трезво, хотя проглотил коньяка в несколько раз больше.
Подавшись чуть вперед, я поставила локоть на колено, а подбородок устроила на раскрытой ладони, иными словами – приготовилась внимательно слушать.
– Говори, мой похити… ой, благодетель, о какой помощи ты твердишь?
Конечно же, по мне невооруженным взглядом было заметно, что я попросту ерничаю, но Аблов предпочел этот факт не учитывать и на полном серьезе сказал:
– Мы со Стасом условились отпустить заложников одновременно. То есть вы с Артемом пойдете навстречу друг другу. Ты намеренно замедлишь шаг, и, когда мой племянник окажется в безопасности, развернешься и вернешься ко мне. Стас не решится отбивать тебя силой. Побоится. Ведь в этом случае ты окажешься на линии огня и с большей долей вероятности пострадаешь. Далее – дело техники и моя забота.
– Виктор, – устало протянула я и зачем-то икнула, – я бы очень хотела, чтобы ты сдержал обещание, данное Наде, но, увы, никакого обмена не состоится. Потому что ты заблуждаешься, Артема у Стаса нет.
