Была в ее голосе какая-то надежда… Словно она сама призывала смерть. И самое ужасное заключалось в том, что я ее понимала и в этом.
— А в чем обвинили? — тихо спрашиваю я.
— В том, что я шпионка Мулцибера.
Сама не думала, что обладаю такой скоростью. Вскочила на ноги, рассматривая эту куколку уже совершенно под другим углом.
Я слышала от Энже, что Мулцибер вербует именно таких: прекрасных и хрупких, превращая их в свои машины-убийцы. И меньше всего мне хотелось сидеть в камере с одной из его смертниц или шпионок.
— Эй! — закричала я сквозь решетки двери. — Пересадите меня! Умоляю! В любую другую камеру! Вы меня слышите? Эй!
Узники в других камерах завыли, создавая немыслимый шум.
— Опять разорались, твари! — это голос Крейга, и девица неожиданно оказывается рядом, хватая меня за руки. Вырываюсь, отпихивая ее от себя.
— Не подходи ко мне! Ты сеешь смерть!
— Еще раз услышу здесь шум, сдеру с вас обеих шкуры! — разъярённое лицо Крейга пугает меня меньше, чем перспектива сбежать с одной планеты, чтобы на другой все равно встретить частичку Мулцибера.
— Прошу вас, — бросаюсь на решетки, до боли впиваясь в них пальцами. — Пересадите меня в другую камеру! Любую!
Крейг мерзко улыбнулся, хватаясь за ключи на поясе:
— Что ж, есть одно местечко, вместе с насильниками. Они там впятером сидят и изголодались по женской плоти. Особенно такой нежной, как у тебя. Ну так, что, идем?
Он гадко усмехался, а я просто не могла вымолвить ни слова.
Эм был везде.
Тянул к моему горлу смертоносные пальцы, даже находясь за миллионы километров.
— Не надо, Крейг, — тихо произносит Самсара. — У нас все нормально.
— То-то же, — рыкнул воин, — и чтоб молчали здесь.
Я сползла по стенке, чувствуя полную опустошенность и бессилие. Всплеск адреналина уже исчез, и сейчас на меня из бездны глядела только безысходность. Она смотрела на меня неестественно-зелеными глазами Мулцибера.
Какая же я дура!
Господи, кого я хотела обмануть?
Это же демон! Он никогда не отпустит свою жертву! И дело не в том, что я ценна для него. Я стану его позором, знаком слабости, если он отпустит меня. Живым доказательством того, что из Адских Земель можно сбежать.
И Мулцибер никогда не допустит этого.
Поняла это со всей отчетливостью. Скорее руку отрубит себе, чем позволит мне спокойно жить.
И я зарыдала. Просто и по-женски, оплакивая свою участь и свою судьбу.
— Слушай, — произнесла девушка рядом. — Похоже для тебя это очень важно, поэтому я повторю еще раз. Я не виновна в пособничестве Мулциберу. Я никогда его не видела и не знакома с ним.
Я подняла на нее глаза, стараясь успокоиться:
— На самом деле это не важно. Не ты, так другая. Он все держит под контролем, знает, когда мышь сдохла на другом конце вселенной. Он найдет меня.
— Зачем ему ты? — нахмурилась она.
— Кто бы знал, — горько усмехаюсь я, хлюпая носом. — Мучить? Пытать? Истязать мое тело? Или все вместе. Он будет здесь максимум через неделю, — шепчу я, сама осознавая ужасную правду.
— О чем ты? — не понимает она. — Ему потребуются месяцы, чтобы тебя найти!
И я заливаюсь полубезумным смехом:
— Поверь мне Самсара, что бы не случилось, он будет здесь в самое ближайшее время.
Она пыталась выяснить у меня еще хоть что-нибудь, но я молчала, понимая, что знание этой информации может навредить ей.
— Тебе хотя бы не придется умирать за то, что не совершала, — горько хмыкнула она, прикладывая затылок к холодной стене.
— Умирать? — удивилась я.
— Если я не смогу доказать свою невиновность, а я не знаю, как это сделать на планете полной врагов, и не имеющей правосудия, то да, мне пообещали целый аттракцион кровавых развлечений. Это цитата.
И тут меня накрыло сожалением.
Что-то внутри подсказало, что Самсара вовсе не тайный агент. И понести смерть за преступление, которое ты не совершала?
Мурашки прокатились по спине, когда я вспомнила маршала Зейна. Неужели он мог быть так жесток к этой девушке?
В коридоре послышался звук открывающейся двери, перешептывания, а затем семенящие по полу шаги.
Самсара тут же бросилась к решеткам, увидев темнокожую женщину с причудливо повязанным платком на голове. На ней был надет передник, а лицо наполнено какой-то материнской заботой, когда она смотрела на Самсару.
— Ты покидаешь это место, — произнесла женщина.
— Диаго вступился за меня? — горячо прошептала моя сокамерница.
Женщина ничего не ответила, и у меня болезненно сжалось сердце за эту малышку. Что бы там ни было, но выпускали ее явно не на свободу.
Крейг подошел, отпирая замок двери, и Самсара обернулась на меня, смотря с очень трогательной тревогой.
— Не беспокойся обо мне, — через силу улыбнулась я. — Здесь я в большей безопасности, чем где бы то ни было.
— Ты уверена? — она прикусила пухлую губу, и я вдруг подумала, что мы не так далеки по возрасту, но я чувствовала себя древней старухой рядом с ней. Все пережитое сделало меня такой.
— До завтрашнего дня, — горько усмехнулась я. — Помолись, чтобы в течение недели он не прилетел. Если небо этой планеты не накроют его звездолеты, то у меня появится шанс.
И Самсара серьёзно кивнула.
