— Да увлекся немного. Там дорисовать, тут прочитать про особенности… обычно, когда смотришь на все, оно приедается. А тут как будто с новой стороны глянул. Интересно же! А когда очнулся, уже поздно уходить было. Вот я…
— Все нормально. Залазь в койку, только хб сними. И ботинки! Магистр пообещал поговорить с вашим капитаном, поступаешь в мое распоряжение до конца командировки. На оставшиеся пару дней. Тут работы невпроворот, так что перебьются без тебя в карауле.
— Да меня в караул особо и не ставят, — смутился он. — И в рейды редко выпускают. В основном на тумбочке… в смысле, дневальным по расположению…
— Вот и отлично. Здесь будешь сидеть. Ложись, а я немного почитаю, что тут еще Док выяснил.
Так что когда минут через сорок в кабинет влетел капитан, он застал идиллическую картину. Я, в наполовину расстегнутом халатике за столом, уткнувшаяся в очередной журнал. И развалившийся в койке боец. От такого наглого нарушения устава у капитана перехватило дыхание. И пока он стоял, пытаясь выразить свои мысли не слишком матерным языком, спокойно завила, глядя прямо в глаза:
— А, капитан. А я как раз собиралась вас искать. У меня пока только два вопроса. Первое, этот солдат с разрешения Магистра мобилизуется на работы в научную секцию, в мое личное распоряжение. Так что в наряды его пока не ставьте. И второе, мне нужно сегодня после разминки организовать проверку на владение оружием. Что там у вас положено — разборка-сборка, знание ТТХ, норматив по стрельбе, и все прочее. Чтобы получить официальный допуск к рейдам на территорию. Ну и оружие за мной закрепите.
— И это все? — прошипел закипающий командир, права которого явно и нагло нарушала какая-то штатская пигалица. Я его прекрасно понимала, но ослабить давление означало дать ему повод к спорам и затягиванию ситуации. А оно мне надо? Любить он меня не станет, ну и черт с ним. Переживу как-нибудь оставшиеся пару дней.
— Пока все. Если еще что-то понадобится, я сообщу.
— А койка еще одна вам тут не понадобится? — ехидно проговорил он, прожигая взглядом бойца, который уже проснулся, и пытался вытянуться по стойке «смирно» под одеялом.
— Да нет, пока на одной справляемся, — пожала плечами я, и только тут до меня дошла двусмысленность ситуации. Ну и черт с ним, как-нибудь разберемся. Главное, не проявлять неуверенности. Это всегда важно при общении с агрессивными животными. — У вас все? Тогда попрошу выйти, мне нужно переодеться!
И поднялась, взявшись за пуговицу халата и требовательно глядя на капитана. Тот хотел еще что-то сказать, но остатки воспитания не позволили высказать в терминах, которые крутились на языке. Так что его буквально вынесло из кабинета. А я перевела дыхание и глянула на Пикассо, глядящего на меня перепуганным взглядом.
— Тебя тоже касается, кстати. Одевайся и марш на завтрак. Потом возвращаешься и продолжаешь работу.
— А насчет койки… — начал было солдатик.
— И не мечтай. У Дока в комнате запасные матрацы есть, что-то придумаем. Нечего тебе в казарме время терять, его и так мало. Так что я отворачиваюсь, ты за сорок пять секунд по полной форме и выматываешься отсюда. Вопросы есть?
— Нет вопросов, товарищ… а кстати, кто ты по званию?
— Согласно военной специальности и курсам переподготовки, капитан медицинской службы. Даже корочка есть. Дома. Так что не переживай, прав отдавать приказы у меня не меньше, чем у твоего командира. Шевелись, боец! Нас ждут великие дела!
И опустилась на стул, уткнувшись в дневник. Послышался скрип пружины, шлепанье босых ног по полу, шуршание и сопение — и секунд через тридцать боец вылетел из кабинета, хлопнув дверью. А я пошла в душ.
Утренняя пробежка прошла как обычно. А почему бы нет? Свежий воздух (особенно если учесть положенный под край противогаза спичечный коробок для облегчения дыхания), прекрасная природа (многие растения я уже узнавала с лету, по картинкам), дружный коллектив (одна отдавленная в самом начала нога избавила меня от мелких пакостей «коллег»). В общем, все прекрасно. За территорией крепости шла какая-то непонятная суета. Пара бойцов под руководством вчерашнего знакомого, Дмитрия Вадимовича, таскала по кустам какие-то ящики с палками. И устанавливали «вот эту фигню» в указанных местах (в основном «возле той хреновины»). В общем, армейские будни.
А потом Стрингер всех построил и заявил, что у основного курса спецподготовка, а курсант Сестра действует по специальному плану, лично установленному для нее руководством. И злорадно на меня посмотрел. Ой, что-то не то готовится! Ну и ладно.
