В общем, взяла АК, покрутила в руках. Снят с предохранителя, стоит в режиме «по три патрона». Передернула затвор, патрон вылетел и загремел по камню. Ух ты, да он заряжен! Но что-то меня удержало от попыток выпустить очередь в голову глав-рептилоида. Поэтому, опять перейдя на военно-матерный для ясности, начала рассказывать о работе автомата. Не уверена, что термины «патрон», «капсюль», «боек» или «пуля» звучат для него понятнее чем «эта х. вина». А потом отсоединила магазин и показала, куда вставляют патроны. А заодно зарядила выскочивший. Подсоединила магазин. Не забывая, что в стволе остался еще один. Всего в автомате было пять патронов. Интересно, этого хватит, чтобы убить рептилоида?
И тут же представилась возможность проверить. Главный взмахом лапы подозвал одного из бойцов. Кажется, первого попавшегося. И указал мне на него. Что? Показать на нем, как работает оружие? Он что, совсем идиот? Его же потом не заштопаешь! Я аж подскочила, еще раз жестами переспросив, все ли я поняла? Взять автомат, направить на крокодила, и показать, как его дырявит АК с расстояния в три шага? Тот махнул лапой, что я сочла подтверждением. Какая-то совершенно нечеловеческая логика.
С другой стороны, почему это я отношусь к нему как к человеку? В конце концов, вряд ли у рептилоидов логика такая же. Да и у людей отношения не всегда были такими, к каким мы привыкли в 20–21 веках. В той же Османской империи, например. Да и в Российской. Мало ли, может, эти ребята — его крепостные? Или янычары какие-нибудь. В общем, расходный материал. Так что уперла в плечо приклад и выпустила короткую очередь. В упор. В центр тела, в пузо. Тот вздрогнул, но остался стоять. Поэтому я чуть подняла ствол и выпустила последние два патрона ему в грудь. Туда, где у человека было бы сердце. Крокодил вздрогнул, и на этот раз медленно завалился вперед. Еле успела отскочить, чтобы меня не придавило. И не запачкал кровью, которая струйкой ударила из отверстия. Видимо, таки попала в сердце.
Главный посмотрел на меня. А я развела руками, а потом емко и коротко объяснила, что машинка не стреляет потому, что закончились патроны. Даже отсоединила магазин и потыкала пальцем. Чтобы показать, что патроны закончились.
Главный склонился над упавшим, какое-то время его рассматривал. А потом ткнул дубинкой. К моему удивлению, «убитый» дернулся и перевернулся на бок. Стал на четыре конечности. Потряс головой. И сел на задницу. Хотя из ран продолжала капать кровь. Главный не спеша взял листики подорожника и начал прикладывать к ранам. Он что, решил проверить на добровольце, как лечить дырки от автомата? Ну уж нет, сперва нужно пули удалить!
Так что ухватила «доктора» за руку и энергично, не особо подбирая выражения, заявила, что он идиот. И что нужно сперва извлечь пули. А потом толкнула раненного в грудь и жестами велела лечь на спину. Так, а чем сделать разрез чтобы извлечь пулю? Ритуальным кинжалом? Не хочется. Уж очень странные у него свойства. Не слишком удобный инструмент для хирургической операции. Мачете я оставила в теле убитой собачонки. Поискала глазами… и увидела лапу глав-рептилоида. Да, именно то, что нужно! Но как объяснить?
Растолковать главному, что нужно разрезать грудную клетку бойца, оказалось не слишком сложно. Понятливый, гад! Так что даже отпрыгнула, когда он с треском, одним движением вспорол грудь подчиненному. Но затем подскочила, и, погрузив руку в разрез, нащупала пулю. Извлекла, показала окружающим. С второй пришлось повозиться — она пробила орган, подозрительно похожий на сердце. Пришлось в него залезть и поискать, чтобы вытянуть. А затем сердце сократилось, обдав меня струйкой крови. И ритмично забилось, на ходу затягивая разрез.
Уловив идею, главный отодвинул меня в сторону и следующую «операцию», на животе, провел самостоятельно. Причем сперва протянул лапу, растопырив пальцы, как это делают экстрасенсы в телешоу, а потом парой движений рассек кожу и сунул внутрь лапу. Меня аж перекосило от сочувствия, но пациент только слегка дернулся и еле слышно пискнул. Главный немного покопался во внутренностях, и выбросил на пол все три пульки. Посмотрел на меня. Мол, что-то еще делать нужно? Демонстративно отступив в сторону, я уступила ему место. Дальше «доктор» действовал стандартно. Обезболил, приготовил кашицу, нанес на подорожник, закрыл пальцами рану, провел вдоль разреза дубинкой. Приложил листики к ране… и пнул «пациента» ногой. Тот резво вскочил на все четыре и шустро скрылся в темноте пещеры.
