Заложница убийцы полностью

Мы прошли в его приватную комнату, где мне быть еще ни разу не доводилось. Постель заправлена, хотя, зная Кострова, я не расслаблялась. Небольшой столик накрыт перед коротким диваном. Ни кресел, ни стульев. Мы будем сидеть вместе? Рядом друг с другом?

Нервно сглотнула и оглянулась на Владимира:

— Садись и ешь, — коротко бросил он, и отошел к открытому шкафу с книгами и еще какими-то мелочами, открыл коробку и достал толстую сигару.

Ладно, пока он курит, ничего серьезного со мной не случится. А потом? Стоит ли наедаться перед казнью?

— А вы не будете ужинать?

— Позже.

Он курил у окна, а я ковырялась в салате с зеленью и яблоками, отрезала бифштекс и отодвинула, когда увидела, что он с кровью.

— Если хочешь, можешь выпить вино, — раздался приглушенный, хриплый голос Кострова.

— Я, пожалуй, откажусь, — не хватало еще напиться и распоясаться в его спальне. — Мне нельзя пить, курить и трахаться, дядя Володя!

Последнее я подчеркнула интонацией. Что бы он не задумал, я буду сопротивляться.

Костров усмехнулся.

— Как раз хотел с тобой поговорить на тему секса.

Сердце бешено застучало. Значит, секс. Чертов маньяк! Ужин, спальня… Урод! Сначала трахнул и убил мою мать, теперь думает провернуть подобное со мной?

Зубы выбивали нервную дробь, и я крепче сжала челюсть.

— Полагаю, каждая мать, когда приходит время, рассказывает дочери о сексе.

Ага, мать вспомнил.

— Ты ее убил.

Костров поперхнулся дымом и долго откашливался.

— Не будешь послушной девочкой — убью и тебя, — выдавил он, когда отдышался.

Откусил щипчиками тлеющий кончик сигары и пошел по направлению ко мне. Я напряглась:

— Будете говорить со мной о сексе или практиковать?

— У тебя еще нет опыта, — холодно произнес он, двигая меня и присаживаясь рядом.

Это он предлагает получить или брезгует девственницами? Как понять Кострова?

Я вздрогнула, когда его рука обхватила мою талию. Понимала, конечно, что сидеть будем близко, но оказалось как-то слишком.

— Мы поговорим.

— Х-х-хорошо.

— Что ты чувствуешь к моим мальчикам?

Я нахмурилась и повернула голову к Кострову, немного отклонившись, чтобы видеть его.

— Это разговор про чувства или про секс?

— В этом я и хочу разобраться, — пробормотал Владимир, отпуская меня и не удивляясь, что я почти моментально отодвинулась, насколько позволял диван. — Попробуй описать мне ваши отношения. Что чувствуешь к ним ты. Что они чувствуют к тебе. Как давно между вами отношения? И какие это отношения.

Я пожала плечами:

— Да нет никаких отношений. Что я могу чувствовать к ребятам, с которыми расту с детства? Они же мне как братья!

— Как братья? — насмешливо переспросил Костров. — Перейдем к вопросам секса. Именно поэтому они своими языками измеряют глубину твоей глотки?

Я смутилась:

— Но между нами нет секса…

— Это пока, — холодно отрезал мужчина. — Ты должна понимать, к чему могут привести ваши невинные развлечения. Я не смогу прятать тебя от них вечно. И не хочу.

— Тогда зачем?.. Зачем остановили в тот вечер?

Владимир повернулся ко мне:

— А тебя не смущало наличие двух парней в одной постели, Мия?

Я дернула плечом:

— Нет. Они всегда со мной вдвоем.

— Но не в постели!

— Почему?

Он вздернул брови, как будто удивляясь моему вопросу:

— Потому что в отношениях должно быть двое, — весомо произнес он, буквально заставляя следить за движениями своих губ. — И этих двоих должны связывать чувства. Если чувств к мужчине нет — то нет и секса. Если в постели мужчины меняются слишком часто — к такой женщине не может быть уважения.

— А если не меняются, но их двое? — допытывалась я.

Костров нахмурился:

— Значит, между ними вспыхнет соперничество за обладание тобой. А я не хочу, чтобы мои ребята из-за тебя ссорились.

Я фыркнула:

— Ну, пока они со мной поссорились. Можете не волноваться. Если это всё, то я…

— Сядь. Я не закончил.

Пришлось снова вернуться на диван.

— Ты должна знать, что я намерен выдать тебя замуж за одного из братьев. Не сталкивай их лбами и не превращай во врагов. Не смей крутить с обоими — это ни к чему хорошему не приведет.

— Ага, это вы им скажите, не мне.

— С ними я уже говорил. С каждым в отдельности. А ты подумай, кто тебе больше нравится, Денис или Дима? Есть ли взаимная симпатия? Так было бы проще.

Я закусила губу, не к месту вспомнив баскетболиста из автобуса:

— А если я захочу замуж за другого?

— Нет!

Я вздрогнула от резкого ответа и нерешительно посмотрела на Кострова.

— Я объединял банды не для того, чтобы снова вбить клин, — зло ответил он. — Твоя мать не для этого жертвовала жизнью.

Костров в очередной раз ударил в больное.

Пусть это больное за тринадцать лет затянулось, но чувства и гордость никуда не делись, щемило всегда. Мне никогда не нравилось быть зависимой от убийцы матери. Я не понимала ее жертвы!

В итоге именно Костров получил весь выигрыш и меня в придачу.

— Они дождутся твоего выбора. Но у тебя срок до дня рождения. Потом за тебя выберу я.

Он меня отпустил, но уходила я со смешанными чувствами. Видимо поэтому близнецы меня и не трогали, дожидаясь, когда я определюсь, кто будет первым.

Ну нифига себе!