Мне показалось, что Руслан заметил мое расстройство. Проходя мимо, ухмыльнулся одним уголком рта и подмигнул.
Следующие полчаса стали пыткой. Руслан с Кариной смотрелись замечательно. Выполняли не без ошибок, но почти чисто. Я кусала губы и морщилась. Сидеть мне на скамейке запасных со своей удачей. Или умолять Галину перевести в танцы.
— Перерыв! Отдыхаем и снова пробуем Мию.
Я ждала, что Степан произнесет «в паре с Кешей», но ничего подобного.
— Иди ко мне, — тихий голос Руслана пробрался в уши и прошелся мурашками по спине.
— Зачем? — я надменно вздернула подбородок, стряхивая с себя невольное оцепенение от его голоса.
— Ты сжимаешься в моих руках. Не доверяешь. Поэтому не можешь правильно сгруппироваться, чтобы ровно встать.
— А Карина тебе доверяет? — насмешливо отбила я.
Он повел головой, не отрицая, но и не соглашаясь.
— Для нее я ничего не значу. Мы с ней просто работаем. А вот ты что-то ко мне чувствуешь и воспринимаешь прикосновения как личные.
— Я к тебе ничего не чувствую, и ты для меня ничего не значишь! — воинственно сказала я и тут же вздрогнула, когда его ладонь легла на плечо, а большой палец погладил шею.
Глаза невольно закатились. Я и не предполагала, что так привыкла к мужскому вниманию. Да что там! Я скучала по братьям и скучала по ласкам.
— Если бы не чувствовала — не дрожала бы.
— Может, не надо было начинать знакомство с засоса? — все еще задорилась я.
— Так не принято, соглашусь, — улыбнулся Руслан. — Но мне очень хотелось. Как хочется и сейчас.
Вот черт!
Снова неожиданно.
Только теперь это знакомо.
И приятно.
Я невольно расслабилась, повисла на его руке, которой он прижал меня к крепкому телу. И бесстыдно вобрала носом воздух, млея от запаха Чернова, немного потного, резкого, с горчинкой дыма и опасности.
Он прервал поцелуй, отклонившись от моего лица, с тревогой вглядываясь в глаза. Я все никак не могла сбросить с себя дурманящее возбуждение от поцелуя, металась взглядом по глазам, губам, раздутым крыльям носа.
Чернов красив. Не той сладкой красотой, от которой млеют первокурсницы, а какой-то пугающей, суровой, когда, помимо восторга, еще и поджилки трясутся.
— Теперь я кажусь тебе более надежным? — тихо пророкотал Руслан, и я внезапно поняла, что эта сволочь уже минут десять как лапает меня за грудь, за талию и за попу.
И, может, я сделала бы вид, что не заметила, но реакция его тела на поглаживания моего слишком явственно упиралась в низ живота. А во мне еще были сильны воспоминания, как разгоряченный Ден потерял контроль и чуть не разложил меня насильно. Не сделает же Чернов такого же в спортзале?
Я размахнулась и влепила пощечину по наглой, ухмыляющейся морде.
— Я хочу работать с Кешей! — крикнула, отскакивая от Чернова.
— Хорошо, попробуй поддержки с ним, — согласился подошедший из раздевалок Степан.
Руслан опять улыбался, молчал и следил за каждым моим движением.
Что же, из-за собственной вспыльчивости за мной только укрепится репутация слабой участницы и меня заменят. И будут правы! Потому что нельзя поддаваться эмоциональным порывам и принимать решения сгоряча.
Кеша подвел. Его я действительно не чувствовала и не смущалась поддержкам. Я не ощущала подтексты от его прикосновений, но отсутствие контакта между нами не сделало его более ловким. Пару раз я падала на маты. Два раза встала на пирамиду. Один раз свалилась с нее в гостеприимные объятия Чернова.
Он ловко поймал меня, прижал, чуть стиснув, спустил по телу, чтобы я почувствовала каждый кубик его пресса, и поставил на ноги.
— Не передумала?
— И не передумаю.
Тренировка закончилась. Я видела, что Чернов мнется в проходе, явно поджидая меня, но вышла через другие двери и сразу помчалась к стоянке, где меня ждал водитель Кострова.
Сегодняшний вечер неожиданно дал новую пищу для размышлений. Готова ли я к взрослой жизни без защиты моих парней?
Оказалось, все не настолько легко и просто достается, и своих усилий порой не хватает.
Так что придется искать причину, чтобы помириться с близнецами. Надеюсь, Костров с каждым уже поговорил, и братья перестанут на меня давить.
Ничего не изменилось.
Это я поняла, когда встретилась с близнецами в субботу за семейным обедом.
— Что, малышка, поняла, как без нас трудно выкрутиться? — попытался подцепить меня Ден.
Я удивленно вскинула бровь и уселась на место напротив Дима. Не помню с чего, но было заведено, что братья сидели по левую руку от отца, а я — всегда по правую.
Мне было удобно, я видела лица Владимира и братьев, а они смотрели на меня. Но сегодня впервые почувствовала, что с удовольствием пропустила бы обед.
— Я приспособилась, — ответила с вызовом и расстелила салфетку на коленях.
— С кем там можно приспособиться? — продолжал доставать Ден. — С Кешей?
— У него руки растут из задницы, — добавил Дим. — Я бы на твоем месте не доверял ему и его рукам.
Я опустила глаза в поставленную передо мной тарелку, пряча улыбку.
— Я что-то пропустил? — вмешался Костров, откладывая смартфон и грозным видом осматривая парней.
