Они тоже вняли голосу разума и тоже заказали себе блюда из кафе, разве что прибавив несколько фирменных. Но особо рвать жилы никому не хотелось, а желалось расслабиться, отпуская накопившееся напряжение от суматохи на работе.
Так что я душевно посидел с ними и прекращал все попытки разговоров на производственные темы, хотя бы и накопилось немало проблем, решать которые в конце года было просто некогда. «План — закон, выполнение — долг, перевыполнение — честь!»[92]
Отложили эти проблемы на более поздний срок и просто поболтали, вспоминая события прошедшего года. Посмеялись над моим развёрнутым пересказом участия в царской охоте, и прочих моих московских коллизиях, над моими пародиями на поведение некоторых встреченных там работников музеев. Заинтересовались рассказом о записи фонограммы к мультфильму в студии грамзаписи, и о встречах с актёрами кино.
Для них это уже не диво, но они во многом оставались в стороне от этой стороны моей деятельности и не принимали в ней большого участия. Так мы же черная кость — техническая интеллигенция, кою творческая себе ровней не считает. Одно слово — инженегры.
Правда по прошествии некоторого времени пришлось отправляться в постель, ну да — бурно растущий организм требует своего и обижать его не следует нарушая распорядок дня. Да и хозяева начали зевать от накопившейся усталости. И так поработал для них «новогодним огоньком», что засиделись далеко за полночь. Кабы не рассказывал о своих московских похождениях, то все давно бы уже кивали носом.
Распрощался с ними и отправился в домик, чтобы предаться заслуженному отдыху. И так ложился спать позже других. Так что пробрался тихонько в комнату, чтобы ненароком не разбудить Верочку, которая на время перебралась ко мне в комнату.
Ничто не бывает вечным и время отдыха пронеслось незаметно. Так что Вероника Степановна даже сетовала, что не может вволю наговориться с дочкой. Однако, чётко осознавала насущную необходимость её деятельности.
К тому же бабуле самой нравится общаться с подрастающим поколением, и она остро ощущает свою полезность, когда пишет для них книги и затем видит задорный блеск детских глаз при их обсуждении.
Она окончательно подсела на этот стимулятор, и это так не схоже с её предыдущей работой, на которой трудилась хоть и хорошо, но без огонька и такой увлечённости. Просто выполняла положенное, а уделяла основное внимание своей семье.
А сейчас дочка выросла и стала почти самостоятельной, тогда как внучок оказался вдвое старше её самой. Вот такой парадокс, а истина как обычно рядом: и она состоит в служении многим людям, так что блаженны те, кто сие осознал. Вот из домохозяйки превратилась в творческую личность, и дарит свой огонь подросткам.
Прабабушка на меня тоже не наседала и не торопила с прочтением Леночкиной рукописи, осознавая, что моё мнение, основное и решающее, а потому не следует его выносить в новогодней спешке и кутерьме.
Вот он наступил 1974 год, запомнившийся мне совсем другим и страна уже ощутимо другая. Многие изменения уже заметны в сравнении с памятными мне деталями. Хорошо это или плохо покажет время.
Сам я пока что успел очень немногое, и это при условии, что подключил всех близких, друзей и знакомых к реализации этих проектов. Положительные влияния уже ощущаются, но этого очень мало, чтобы изменения набрали достаточную инерцию и смели номенклатурную сволочь с пути развития страны.
Каждый по отдельности они может быть и полезны, но вместе как класс безусловно вредны для дальнейшего нарастания позитивных преобразований. Среди них немало вполне приличных людей, не лишённых некоторых недостатков, но приятных в общении и исполнительных. Но как массовое явление они являются могучим тормозом прогресса, так как в первую очередь заботятся о своих классовых интересах.
Дедушка ухитрился найти общий язык со многими из них на охоте, и прослыл в их среде чуть ли не за своего, тем более, что к нему благоволил сам Брежнев. За эту краткую поездку он приобрёл столько полезных знакомств и влияния, как не приобрёл за всю свою предыдущую деятельность.
Это не справедливо, когда не учитываются реальные трудовые заслуги, а только принадлежность к узкому кругу и кастовость. А в таких высоких сферах, только это и имеет значение. Так что руководитель крупного строительного треста, начальник ответственной стройки и обычный прораб кажутся одинаково мелкими букашками и винтиками.
Использовать подобные знакомства он и не намеревается, поскольку это было бы словно из пушки по воробьям, но у него появился свой читерский ход на высшие уровни игры. Да и слухами мир полнится и теперь в родимом министерстве осознают, что простой начальник строительства, пусть и важного, не так прост а вхож в круг охотников во главе с самим дорогим Леонидом Ильичом.
