– Здравствуйте, Сергей, – сказала Варя и гость вдруг ощутил, как заливается его лицо краской смущения.
– Здравствуйте, Варвара Дмитриевна, – справившись с собой сказал Сергей, – Очень рад познакомиться с вами.
Сергей не мог оторвать взгляда от женщины, где-то глубоко зашевелилось спрятанное в самую глубину ожесточенного сердца воспоминание о том, что когда-то давно мама так же вот встречала его на крылечке, когда он возвращался со школы, или летом с пруда.
Из дома, дополнив картину, вышел пушистый чёрный красавец – котище, и уселся рядом с хозяйкой, внимательно рассматривая гостя. Картина от этого стала вовсе сказочной, и Сергей почувствовал, как разливается внутри него тёплая волна. Заботы, сжимавшие его в жёстких тисках все последние годы, вдруг отпустили, остались где-то позади, там, в шумной и беспокойной Москве.
– Ну, давайте, умывайтесь, и к столу! Сергей с дороги, проголодался!
Сергей, кое-как оправившись от наваждения из своего детства, отправился обратно к машине, взяв себе в помощники Алёшку.
– Мама! Смотри, что мне дядя Серёжа привез! – Алёшка, словно мячик подпрыгивал по ступенькам дома, насколько это ему позволяли руки, полные коробок и пакетов с игрушками.
День наполнился радостью, давно в этом доме не принимали гостей издалека… Звенел детский смех – к Алёшке тут же заявились Егорка и Ванюша, когда же деревенская детвора еще сможет посидеть в большой машине, понажимать там кнопки и открывши рты смотреть, как отъезжает люк в крыше машины.
– Варвара, если вы разрешите, можно мне устроиться ночевать на сеновале? –спросил Сергей хозяйку.
– Зачем же на сеновале, дома же достаточно места, – удивилась Варя такой прихоти гостя.
– Да знаете, – всё еще немного смущаясь, ответил Сергей, – Я ведь сам из деревни, из-под Воронежа. Родители мои там жили, и мы с братьями выросли… Всё лето до холодов на сеновале спали. Так хочется детство вспомнить!
Варя удивилась – гость их вовсе не был похож на деревенского простого парня. Даже стрижка его наводила на мысль, что стригли его не иначе как серебряными ножничками, выверяя волоски по линеечке. Вся его одежда была такого качества, которой Варвара не видала никогда в жизни, а привезённые им подарки и вовсе казались диковинными. Особенно Варю поразили подаренные ей духи, тонкий нежный аромат которых преследовал её несколько дней, а ведь она всего лишь разок брызнула из красивого флакончика на свою кофту.
Ну, отказать гостю даже в таком странном желании хозяева не смогли, хоть и желали устроить его получше, со всеми удобствами, в доме.
Но уже спустя пару дней, столичный гость с превеликим удовольствием размахивал во дворе топориком, вытёсывая для ребятишек деревянные сабли и обтачивал их потом ножиком. Помогал Николаю колоть дрова, вместе с хозяином дома они смастерили в саду качели для ребятни, и небольшую беседку со столиком и удобными скамейками, чтобы было удобно пить вечером чай, любуясь на большой луг за садом, простирающийся по склону до самой речки.
– Ты знаешь, Николай, – сказал Сергей другу, когда они сидели на берегу реки с удочками в руках, – Вот я ведь сюда приехал, чтобы тебя в Москву звать… Думал, заберешь семью, переедешь в столицу. Мне главный инженер на филиале в Подольске нужен, чтоб надёжный был человек, а надежнее тебя я никого не знаю.
– В столицу? – Николай растерянно посмотрел на друга, не зная, что и сказать на такое неожиданное предложение.
– Ага, в Москву! А теперь вот, не знаю… Так хорошо здесь у тебя, душа у меня отогрелась. Маму вот вспомнил, отца, дом… У меня ведь дом родительский в Рогачёвке заколоченный… уж сколько лет не был я там. А как отца схоронил, маму то еще раньше, вот так и не бывал там – всё дела, дела. Теперь вот думаю, ведь, наверное, не поедешь ты в Москву.
– Даже и не знаю, что сказать. Я-то может и поехал бы, только вот не знаю, как Варя на это всё посмотрит, согласится ли… Ты, наверное, смеяться надо мной станешь, как старый холостяк, что жены разрешения стану спрашивать! – усмехнулся Николай, – Но я уехал уже однажды на пару недель, а ведь мне Варя тогда говорила не ездить, и вон что вышло… Варе пришлось несладко тут… Она хоть и не жалуется, мало что рассказывает, но я сам понимаю… Знаешь, как она изменилась за это время…
– Жена твоя – редкий алмаз. Настоящая женщина. С мнением её нужно считаться, даже спорить не стану. Ладно, ты пока не говори ей ничего про Москву, не беспокой. У меня еще одна задумка появилась, вот что сон на сеновале делает – голову от лишнего прочищает!
– У Вари день рождения в четверг, – сказал Николай, отцепляя с крючка крупного окунька, – Ты как смотришь на то, чтоб в город съездить? Хочу ей подарок купить, серьги… Она бабушкины продала, чтоб дров купить, да тут с Алёшкой выжить.
– Конечно, не проблема, давай завтра и поедем! Хорошо, что сказал про день рождения, я ведь тоже подарок хочу купить.