Все, время, пора: сначала, дружно проводим старый год, для меня он оказался ОЧЕНЬ насыщенным, потом под бой курантов встречаем год новый, на который возлагается много надежд и быстро на улицу, фейерверк не только у нас будут запускать. После просмотра огненного представления, на котором каждый хозяин отдельно взятого особнячка, размером с Букингемский дворец старался превзойти соседа, продолжение программы веселья, но программа эта уже не обязательная, по опыту знаю, что народ позднее часа ночи потихоньку начинает расползаться. Чтобы куролесить всю ночь, нужна привычка, а здесь народ подобрался недостаточно тренированный.
Как и подозревала "институтские" быстро наклюкались, и мне пришлось кантовать потерявших приличный вид девиц до их кроватей, хорошо, что Евгения запомнила, куда они вселились, все-таки горничная молодец. Не в смысле мОлодец, в смысле хорошо знает свою работу. До своей кровати добралась в пятом часу утра — добили-таки бутылку водки на троих, хотя нет, на трех с половиной, Марию будем за двоих считать, у нее не только концентрация алкоголя на единицу веса другая, но и опыт за плечами чувствуется немалый. Галина тоже от нее старалась не отставать, вот ведь подобралась парочка, ну а у меня, при моей "подвижности" и небольших доз употребления, все-таки до совершеннолетия еще почти два месяца, алкоголь высвистывал в никуда с огромной скоростью, как бы сказал один мой знакомый, только ценный продукт переводить.
Опять "тихий омут" и опять двое, но на этот раз никаких крепких напитков, на праздновались по самое "немогу".
— Как ты думаешь, почему не сработало? — Максимов посмотрел на листки с компроматом подкинутые Веденееву.
Собеседник пожал плечами:
— Черт его знает. Хотя говорить, что совсем не сработало, тоже неправильно, Грабин, по моим данным, от управления предприятиями практически отстранен, наследница в права не вступила. Так что кое-чего добились.
— Добились, но совсем не того, чего ожидалось. — Аркадий Михайлович, еще раз взглянул на лежащий перед ним документ. — Непонятно, Николаевич решил на родственников ставку не делать, и в то же время жестко ограничил Грабина, практически заморозил ситуацию. И сам ничего сделать не может и другим делать не дает. Чего он выжидает?
— А может он напрямую договориться с наследницей? — Спросил Минеев.
— Вряд ли, это уже из области фантастики, — покачал головой Максимов, — девочка никогда не пойдет на такое предательство, Петрович для нее сейчас единственный близкий человек. Кстати, что там с ее здоровьем, не зря же наняли целую команду психиатров.
— Облом, — махнул рукой собеседник, — как мне удалось узнать, девочка в ясном уме и твердой памяти. Прекрасно помнит свою прежнюю жизнь, на встрече родственников припомнила им все прегрешения, и старых подружек тоже не забыла, так что наши предположения оказались пустышкой. И еще, что стало известно, эта группа психиатров подобрала наследнице подружку, наняли за хорошую оплату, и Грабин так же как и свою родственницу оградил ее от всех внешних контактов.
— Ты это к чему?
— Да к тому, — усмехнулся Минеев, — что после встречи Натальи с родственниками, она получила отставку. Но видимо там действительно завязалась дружба, так как эта подружка продолжает поддерживать с наследницей отношения.
— Нас это как может интересовать? — Максимов не видел пользы от этого события.
— Факт отставки говорит о том, что планы Грабина кардинально поменялись. О своей родственнице он по-прежнему заботится, но уже не стремится создать ей максимально комфортные условия.
— Ну, этого следовало ожидать, — кивнул Аркадий Михайлович, — передача наследства затягивается, а подружка дополнительный риск, зачем ему лишние заботы? А вообще пробили, кто такая эта подружка, никто не пытается через нее навести мосты?
— А вот тут мы и подходим к одному очень интересному моменту, — улыбка окончательно сошла с лица собеседника, — по биографии подружка никто, и звать ее никак — бывшая спортсменка, вынужденная покинуть спорт, из-за серьезных проблем со здоровьем, из родителей только мать с нищенской зарплатой. НО. Но, после лечения в зарубежной клинике, она сходу получает место у Красницкого и, по отзывам его работников, на удивление быстро включается в работу, причем работает без дураков.
— Вон оно что, — Аркадий Михайлович стал быстро анализировать полученную информацию, — думаешь, он решил тоже поучаствовать в дележе?
— С его связями не исключено. Причем заметь, после того как Грабин дал девочке отставку, она тут же официально увольняется от Красницкого и готовится к поездке в Лондон. И наконец, последнее, Семенов, подручный Веденеева, запланировал поездку в Лондон тоже на это время.
— Бррр, — Максимов потряс головой как собака, — винегрет какой-то, до полного абсурда не хватает, но близко к тому, слишком много всего сплелось.
— Не хватает, говоришь? — Снова усмехнулся Минеев. — Ну, держи. Эта "подружка" достигнет совершеннолетия только в конце февраля.
— Мля. Говоришь быстро в работу включилась и работала без дураков? И как теперь во всем этом разобраться?
