— Если ты о самой даче, то подвоха тут нет, просто она была заброшена, и чтобы привести ее в порядок, пришлось кое-кого нанять, что и вошло в оплату. Кстати Лапины к нам еще придут, познакомишься. А если ты о хозяйке, то… Нет больше хозяйки, умерла она месяц назад. Дачу сдает ее подруга, по доверенности, и то с условием привести здесь все в божеский вид.
— Вот как, — удивилась мама, — но тогда наследники должны решать.
— Нет у нее наследников, — мотнула я головой, — скоро на эту дачу приставами будетналожен арест, а потом ее продадут и деньги уйдут в доход государства. Можно, конечно попробовать подсуетиться и подать заявление на выкуп, но это только после того, как будет определена ценность имущества. Да и ладно тебе об этом, мы с тобой потом другую дачку отстроим, побольше и красивее.
— Да куда уж больше, и так хоромы.
— Нет предела совершенству, — хихикнула я, — построим такой большой дом, чтобы было легче по телефону дозвониться, нежели друг до друга дойти.
А вечер у нас удался. Брагин все-таки решился прийти, и Лапины подтянулись, следом Елена заглянула. Вот когда спиртное, что я закупила, пришлось в самый раз. Закупила-то всего ничего, чисто символически, но всем и этого хватило, дело все-таки до песен дошло. Хотя как бы оно не дошло — Лапину всегда приглашали на вечеринки когда хотели провести их шумно.
Хорошо отдохнули, особенно маме понравилось, мелкая тоже в стороне не осталась, попыталась прощупать наше отношение к тому, что останется здесь на всю неделю. Но нет, было бы ей лет шестнадцать, можно было бы подумать, а так, да мама все ночи от переживаний спать не будет.
В понедельник отдохнувшая и посвежевшая появилась на работе. Инструктаж был странным, показали как работает кофеварка, как заваривать чай, как подавать на стол. Я в кафе устроилась? В конце вообще шедевр — никуда не лезть, ничего не трогать, к телефону не подходить, сидеть за компьютером и, даже, если ничего не поручили, делать работу. Какую работу если ничего не поручили? Любую, хоть роман любовный пиши, сейчас это модно, но чтобы никто не видел отдыхающего работника. Ладно, это меня вполне устраивает, не устраивает лишь то, что кто-то решил, что Интернет мне не нужен. Отмена этого распоряжения обошлась мне в половину банки растворимого кофе и пачку печенья, это из тех, которые остаются от кофе брейк. Все же личная заинтересованность наших ИТ специалистов на раз рвет любые преграды.
Сижу, знакомлюсь с регламентами, изучаю специфику делопроизводства на данном конкретном предприятии. Естественно даже не пытаюсь никуда лезть, и в уме не держу чего-то потрогать. В кабинет с пачкой документов влетает начальник общего отдела Рогожина, окидывает взглядом свои охотничьи владения и удовлетворенно хмыкает. После этого взгляд прикипает ко мне, причем взгляд этот какой-то уж слишком недоброжелательный. Что к чему? Ладно, гадать, где я ей перебежала дорогу, не буду — слишком мало информации, подождем, потом все само собой выяснится, а пока, в соответствии с образом, прячем глазки и немного сутулимся. Вот такая я вся из себя бедная родственница — пожалейте меня, будьте человеками. Нет, не будут, и это становится понятно, когда мне на стол плюхнулась вся пачка бумаги, с которой кое-кто из небожителей сошел на землю:
— Срочно подготовить ответы на письма и оформить пролонгацию договоров, список фирм и реквизитов на первом листе.
