Естественно никуда в прошлом году Юля с мамой не ходила, а о смотринах других желающих отдохнуть мне Елена рассказывала по телефону. Тогда подруга пожаловалась мне, что участок начинает зарастать и слово за слово решили попытаться домик отдыхающим с условием хотя бы в минимальной потребности присмотреть за участком. Однако народ не повелся на такие условия и мотивировал свой отказ правильно — если присматривать за участком, то когда отдыхать?
Смотреть дачку отправилась со Светкой, мама на работе, а мелкую без присмотра оставить слишком большой риск. Добирались сначала на электричке, потом на автобусе. На все про все около двух часов, и это еще нигде не ждали, надо собственным транспортом обзаводиться, естественно, когда мне исполнится восемнадцать, а исполнится мне в аккурат двадцать восьмого февраля. Хорошо, что не двадцать девятого.
Участок Елены находился много ближе моего, крюк делать не пришлось.
Ну что сказать? Когда дом долго стоит нежилой, его покидает уют, это у меня остались в памяти светлые деньки, а так, для стороннего человека угнетающее впечатление — толстый слой пыли и затхлость комнат. Отношение к моей затее у Светки было написано на лице, и скрывать она его не собиралась:
— Юль, здесь страшно, пойдем скорее отсюда.
— Страшно, это потому, что стекла не отмыты, да и шторы надо светлей повесить, — успокаиваю ее, — вот отмоем все, сама увидишь, как здесь будет хорошо.
Чтобы подтвердить свои слова, отодвигаю шторы и нараспашку открываю окна. И действительно, прямой солнечный свет, отразился от внутреннего зеркала буфета и, исказившись в шлифованных стеклах дверок, заиграл тоненькими лучиками на полу.
Елена хмыкнула, и с интересом взглянула на меня:
— А я так ни разу окна и не открывала, сил не хватало, да и боялась стекло разбить.
Участок естественно зарос по самые брови, то есть, там, где у меня был когда-то разбит небольшой огородик, сейчас лишь буйствовал бурьян, да чуть-чуть выглядывали кусты смородины. Малину, которую года четыре назад посадила вдоль забора, даже не пыталась рассмотреть — все равно не найду. А вот два куста сирени вполне себе благоденствовали, а чего им сделается, они везде чувствуют себя комфортно. Хм, теперь понятно, почему не нашлось никого в прошлом году, и почему в этом Елена даже не пыталась сдать домик. Да кому такое понравится?
— Здоровы будете, хозяева, — это у калитки нарисовался Никитич, местный бомж. Зимой он естественно живет в городе, а вот на лето перебирается в Познево. Как он говорит, пора на югА податься, до настоящего Юга ему, конечно, не добраться, но сюда вполне по силам. Насколько, в свое время, я поняла из города он бежит летом потому, что его среда обитания на это время занимается кем-то другим, и освобождается только с наступлением холодов.
— Вам работник не требуется? — продолжил он.
Вот ведь нюх у человека, хотя только тупой не отыщет причинно-следственных связей. Он сразу догадался, что на таком участке его помощь понадобится. Однако своей заинтересованности в его услугах выказывать нельзя, как и все другие бомжи, почувствовав нужду в их услугах, начинают мгновенно наглеть, и очень обижаются, когда терпение лопается и им указывают на дверь.
— Работник требуется всем, — хмыкаю я, не поворачиваясь в его сторону, — только платить этому работнику, не хочет никто.
— Так, эта, хозяйка, я не за дорого, — не сдавался Никитич.
— Что, не за дорого? — продолжала развлекаться я.
— Ну, так, эта… дрова поколоть, забор поправить, вон могу траву скосить.
— Траву-у, — задумчиво смотрю на двор, — так она колоться станет, босиком потом не походишь.
Никитич на мгновенье впал в ступор, в его понимании ходить босиком по траве — глупость. Но желание сегодня заработать на "Бояр" сильно способствовало стимулированию мышления:
— Так сорняки можно заранее выдернуть. — И он тут же это продемонстрировал, выдрав здоровенный молочай рядом с калиткой. Но получилось неудачно, вместе с корнем был выдран приличный кусок земли, а на месте сорняка образовалась ямка. Он так и замер с "ботвой" в руке.
Пришлось фыркнуть, и с укоризной посмотреть на работничка.
— Эта, — начал оправдываться Никитич, — неудачно получилось, но если осторожней.
Елена с трудом сохраняла нейтральное выражение лица, если бы не я, она уже давно бы упала со смеху. Сделав вид, что потеряла интерес к потенциальному работнику, вернулась к Елене, она уже решила, что я не заинтересовалась такими неухоженными лугами, как не проявляли интереса съемщики в прошлом году. Но у меня совсем другое отношение и совсем другие причины, так что после небольшого торга, за чисто символическую плату получила во владение свою собственную дачку до октября. Пока оговаривали окончательные условия, Никитич продолжал виться вокруг нас, и периодически прерывая наши обсуждения, показывал, как именно он будет бороться с сорняками.
— Ну, вот что мне с ним делать? — Изобразив озадаченный вид, спросила Елену, — Ведь без присмотра палец о палец не ударит, или такого наворотит, что потом не исправишь. А деньги дать, так сразу напьется.
