Фриск многозначительно посмотрела на Гонсалеса.
— Майя, вы могли бы рассказать что-то еще? Может, вы слышали какие-то голоса? Подумайте хорошенько.
Бернтссон неуверенно покачала головой и посмотрела на Фриск.
— Нет… я ведь полусонная была, вставала на минутку.
Фриск положила на стол свою визитную карточку.
— О’кей. Если вспомните что-то еще, пожалуйста, сообщите мне, это важно. Что угодно. Это касается вас обоих.
Сигвард Бернтссон по-прежнему казался слегка растерянным и не подтверждал сказанного женой.
— Еще только одна вещь, — задумчиво произнес он, когда полицейские уже собирались уходить. — Я говорил с Улофом во вторник. Обычный разговор, хотя мы с ним, как правило, не общались, если вы понимаете: он был одинокий волк, — но… тогда мне показалось это странным, однако в свете случившегося…
— О чем вы говорили? — помогла ему Фриск, сцепив руки перед собой на столе.
— Улоф обратился ко мне, когда я рубил дрова, — в кой-то веки его что-то… заинтересовало. Словно он хотел чего-то. Начал говорить о разных охранных сигнализациях для вилл — какую нужно ставить, какую нет. Если честно, я практически не обратил на это внимания, мне не нравится фальшивая безопасность… ну, вы понимаете, капиталисты наживаются на страхах людей. А закончил он тем, что мы — в смысле, соседи — должны помогать друг другу и присматриваться. Я так понял, если будет кража, взлом, и все в таком духе, но… Конечно, он мог иметь в виду что-то совсем другое.
— Вам кажется, что он боялся чего-то конкретного?
— Да, словно чувствовал, что что-то должно произойти. Словно предполагал появление убийцы.
Экспертиза показала, что пуля, пробившая голову Улофа Барта, выпущена из того же оружия, из которого был застрелен Ларс Вальц. В связи с этим, пожалуй, можно было констатировать, что в обоих случаях действовал один и тот же убийца.
Комиссар Бьёркман и инспектор Фриск из Буроса заняли свои места в комнате для совещаний криминальной полиции Гётеборга, чтобы провести первое совместное заседание.
Сперва Телль удивился, что Бьёркман не направил никого из ассистентов, участвовавших в расследовании. Присутствуя лично, он казался еще одним членом группы комиссаров. Рассеянно подумав, что любовь к порядку у Бьёркмана с годами превратилась в потребность контроля, он представил себе, каким же тот может быть руководителем. С другой стороны, казалось, что подчиненные Бьёркмана, с которыми он встречался, ценят своего шефа. А значит, имевшееся у него представление о комплексе неполноценности у полицейских из маленьких городков, оказалось ложным. Если Бурос вообще можно назвать маленьким городком.
Эстергрен встретилась с обоими комиссарами, чтобы выяснить, как они планируют действовать дальше. Два расследования убийств внезапно приняли совершенно новый поворот и потребовали другого подхода. Возможно, на более высоком начальственном уровне было принято решение о встрече обеих руководителей расследования перед этими новыми действиями.
— Нам необходимо договориться, какую позицию мы выберем при общении с прессой, — сказала она среди прочего.
Телль вздохнул. Он ждал этих слов.
— В СМИ уже пошли слухи — в «Гётеборге постен» появилась туманная заметка после убийства в Улофсторпе, показавшая, что у них нет никаких деталей. Вопрос: не лучше ли выдать им предварительные результаты, чтобы избежать спекуляций?
Все сотрудники собрались в комнате для совещаний. Поскольку встреча происходила на его территории, Телль первым взял слово.
— Исхожу из того, что всем известно, почему мы здесь сидим, так что не буду объяснять ситуацию, даже для протокола. Полагаю также, что все, — он кивнул в сторону полицейских из Буроса, — ознакомились с распечатками допросов, связанных с убийством в Улофсторпе, а также рапортами с места преступления и от судебных медиков.
Бьёркман и Фриск кивнули.
— Поэтому предлагаю рассказать нам о том, что вы имеете, а потом мы оценим информацию в целом и проведем сравнение.
Бьёркман сложил в ровный прямоугольник лежавшую перед ним стопку бумаг.
— Да… давайте посмотрим. Итак, Улоф Барт был застрелен из того же оружия, что и ваш парень, это нам подтвердили эксперты. Пуля была обнаружена при более тщательном осмотре места преступления, но больше ничего не нашли. Вероятно, преступник не выходил из машины. Однако судебно-медицинская экспертиза утверждает, что казнь проходила не точно по плану преступника, как в вашем случае. След над левым ухом Барта показывает, что убийца сперва прижал пистолет к его голове. Однако выстрел был произведен с расстояния приблизительно в полметра. Вероятно, преступник держал Барта и прижимал оружие к его виску, но жертве удалось высвободиться. Убийца по-прежнему мог выстрелить, не выходя из машины.
— О чем это говорит? — вмешался Гонсалес. — Он не в состоянии ни на метр отойти от машины? Чертовски ленив, или у него какие-то физические недостатки.
— Я сказал, что это возможно, — задумчиво произнес Бьёркман. — Но возможно и то, что в обоих случаях убийца выходил из машины, однако не оставил после себя следов. Как мы знаем, в тот день шел сильный дождь.
