Заметки о России полностью

Прежде чем я продвинусь далее в направлении Индии, позвольте мне вкратце известить Вас о моем теперешнем положении и плане предстоящего путешествия. На пути сюда у меня не было никаких серьезных препятствий или опасностей, а небольшими неприятностями и страданиями я занимать Вас не буду. Я отделался меньшими издержками, нежели рассчитывал, и все это время пребывал в добром здравии. Сразу после приезда сюда я заполучил нарыв на подъеме (примерно) моей правой ноги, который, по прошествии более месяца и без применения каких-либо лекарств, все еще не проходит. До сего времени я не отваживался надевать сапоги, попытался это сделать только однажды, когда меня пригласили на похороны, но это на пользу мне совсем не пошло. Я здесь почти исключительно занимаюсь персидским, хотелось бы мне также иметь возможность поучить татарский и калмыцкий, но для этого пришлось бы пробыть здесь всю зиму. Здесь достаточно дешевая жизнь, но я боюсь, что времени в таком случае у меня останется слишком мало на мое долгое путешествие, а также что я потрачу свои деньги здесь и из денег будущего года слишком много уйдет до того, как я пересеку персидскую границу. Поэтому я намереваюсь уехать в Тифлис в Грузии на этой или будущей неделе[418], а потом, как только получу мою стипендию на следующий год, далее через Персию прямо на юг в Басру, оттуда морем в Бомбей и оттуда снова морем в (Транкебар, Мадрас или) Калькутту и т. д. сообразно обстоятельствам. Мне говорят, что невозможно пройти через Индию сухим путем, так как в результате войны с англичанами появилось несметное количество разбойничьих шаек, из остатков старых индийских армий, которые скитаются по внутренним районам; считается, что путешествие посуху через Кабул и восточную Персию также почти невозможно, но здешние персы уверяют меня, что если я от персидских принцев, которые являются наместниками провинций, получу надлежащее сопровождение или охрану, то вышеупомянутый маршрут через Тавриз и т. д. до Басры не будет особенно опасным. Только отрезок от Тифлиса до Тавриза должен быть почти непроходим из-за разбойников в горах, так как на той дороге я не смогу пользоваться охраной персидских военных. Между тем я купил себе по пути пару приличных пистолетов, и мне сдается, что среди такого количества новых впечатлений было бы также интересно когда-нибудь увидеть пару разбойников, только чтобы их не было сразу слишком много. В любом случае, будучи уже у Кавказских гор, обратно я поверну только в случае явной невозможности продолжать путешествие, то есть прежде всего в случае отсутствия денег на дорожные расходы на соответствующий период времени. Однако следует признать, что если бы меня снабдили хорошими аккредитивами на английском языке, то я бы очень желал продолжить путешествие как можно скорее и проехать жаркую Персию зимой, так как денег, которые у меня есть сейчас, возможно, хватит, чтобы добраться до английских купцов в Персии, если мне не придется надолго задержаться в Тифлисе, где, говорят, жизнь очень дорогая. Однако 1) поскольку дороги через Кавказские горы зимой нет, а весной она ужасна, то я вынужден ехать сейчас, если я не хочу пожертвовать большой суммой денег и почти полугодом своего времени на менее существенные занятия; 2) и поскольку будет невозможно добраться до Индии на то, что у меня сейчас имеется, то мне придется остаться там (в Тифлисе), пока не получу из дома необходимые средства, то есть либо деньги, либо аккредитивы, либо и то и другое, что было бы лучше всего. Если же я ни того, ни другого не получу, то, конечно, мне придется повернуть назад.

Надеюсь, Вы согласитесь, что делать здесь больше нечего и что успешное продолжение путешествия во многом зависит от срочной отправки средств на дорожные расходы будущего года, если возможно, до того, как израсходуются все предназначенные на текущий год; я по пути сюда неоднократно писал г-ну Ларсену и др. и, в частности, выражал желание получить аванс в счет денег будущего года, и достаточно рано, чтобы он у меня был в Тифлисе до конца текущего года; надеюсь, что эти письма благополучно дошли. Сам я ни от кого писем не получал с моего отъезда из Петербурга. Достаточно задолго до отъезда я из различных писем с удовольствием узнал о новом академическом назначении и о свадьбе профессора Магнусена, но в последние дни в Петербурге у меня было очень много забот и я не имел возможности собраться и написать ему, а сделать это я был должен; прошу Вас заверить его, что я сердечно рад его счастью; если у меня будет возможность, я все же сам напишу ему пару строк из этого города.