Проведя ночь в больничной палате Сейджи Ямато к утру окончательно оправился. Врачи зачем-то обмотали его голову бинтами, и посоветовали пару дней отлежаться дома, и беречь голову. Сейджи заверил медиков, что так и поступит. На выходе из палаты детектива встретила парочка громил, один из которых приказал Ямато следовать за ним. Сейджи выполнил их приказ не из страха, а скорее из любопытства. На улице детектива подвели к крупному белому внедорожнику, и приказали забираться внутрь.
— Вы, бараны, хотя-бы понимаете что можете угодить в тюрьму за свои действия? — невинно осведомился Ямато.
Задняя дверь машины открылась, и детектив увидел в салоне Глорию.
— Можете не тратить время на угрозы. У меня к вам есть интересный разговор, детектив Ямато, — сказала вдова, затем подвинулась, приглашая Сейджи в машину.
— Неужели у вас проснулась совесть, и вы решили сознаться в убийстве своего мужа?
— Не говорите ерунды. Я не собираюсь признаваться в том, чего не совершала.
— Значит и разговаривать нам не о чем. До скорой встречи, — попрощался Сейджи со своей собеседницей, и зашагал прочь от машины.
Один из телохранителей Глории быстро догнал полицейского, и схватил за рукав. Сейджи ударил его локтем по носу, оттолкнул назад, и выхватил пистолет. Зажимая разбитый нос рукой, громила попятился назад.
— Кто ещё хочет со мной поговорить? — поинтересовался Сейджи, направив оружие на вышедшую из машины Глорию.
Вдова не могла понять чем вызвано столь яростное сопротивление, и надеялась, что ещё не поздно всё уладить миром.
— Мы наверное друг друга неправильно поняли, — примирительно проговорила Глория.
— Ну да, конечно. Вы не имеете никакого отношения к смерти Герберта Майерса. Как и к взрыву моей машины, — проговорил Сейджи с сарказмом.
— Что? Конечно нет! Давайте просто спокойно поговорим. Это займёт всего несколько минут.
— А если конечный результат вас не устроит, моё тело найдут на какой-нибудь свалке?
— Вы сможете уйти в любое время. Обещаю.
Глория думала, что Сейджи ответит решительным отказом, однако Ямато убрал пистолет и подошёл к машине.
— Вы правильно сделали, что проявили благоразумие, — сказала Глория, села на заднее сидение, приказала ехать домой, и подняла задвижку, чтобы охранники не могли услышать её разговор с полицейским.
Сейджи сел рядом с Глорией и захлопнул дверцу. Внедорожник двинулся с места, и поехал по указанному адресу.
— Я сейчас переживаю не самые лучшие времена. Сначала гибель Герберта, потом этот проклятый судебный процесс, а в довершении всего журналисты поливают меня грязью. Согласитесь, Ямато, многовато проблем для одного человека.
— Будет ещё больше, когда удастся доказать что Майерса убили по вашему приказу. После этого проблемы с журналистами покажутся вам безобидной шалостью.
«Ты меня уже достал. Видит Бог, я пыталась всё уладить по-хорошему!» — подумала Глория, потеряв терпение от общения с полицейским.
— Хотя увидеться с ними снова вам ещё придётся. После вынесения приговора суда. Готов поспорить, эти писаки налетят как саранча, — продолжил Сейджи.
— Если дело дойдёт до суда, то ты окажешься на соседней скамье. Пока ты и твой напарник копали под меня, я не тратила время впустую.
Сейджи усмехнулся, считая слова Глории блефом.
— Ну и как? Много компромата успели нарыть? — спросил он без особого интереса.
Глория миловидно улыбнулась.
— Поиск компромата — дело долгое и утомительное. Гораздо проще создать компрометирующую ситуацию на ровном месте, — сказала она с превосходством.
Сейджи нахмурился, ожидая разъяснений.
— Сегодня утром в одном из банков был открыт счёт на имя Сейджи Ямато. На нём хранится 5 миллионов дакейров, — заявила вдова.
— Ну и что с того?
— Именно такую взятку честные и неподкупные стражи порядка потребовали с безутешной вдовы, обещая закрыть дело и уничтожить все улики, которые они сами и фальсифицировали. С такой душещипательной историей я и выступлю по телевидению.
Сейджи начал стучать по задвижке. Как только охранник отодвинул переборку, Ямато потребовал остановить машину.
— Не обращай на него внимания. Деньги тебе плачу я, — сказала Глория, дав Ямато понять, что разговор ещё не окончен.
— Слушаюсь, — отозвался охранник, и задвинул перегородку обратно.
Сейджи молчал, пытаясь найти выход из ситуации.
— Я не первый год работаю в полиции. У меня внушительный послужной список. Никто не поверит, что я занимаюсь вымогательством, — попытался он защититься.
— Ещё как поверят. Авторитет в такой ситуации ровным счётом ничего не значит. К тому же журналисты всё могут додумать за тебя. Как тебе такая версия: «неподкупный страж порядка был сбит с пути истинного своим новым напарником»?
— Слишком глупо и пафосно.
— Зато привычно для обывателей. Сделай одолжение — не создавай проблем ни мне, ни себе. На меня в последнее время слишком много навалилось, а тут ещё вы со своими подозрениями.
— Хочешь, чтобы я просто взял и закрыл дело?
— Конечно нет. Продолжайте искать убийцу Герберта, но от меня держитесь подальше. Договорились?
Сейджи окинул Глорию взглядом, полным презрения.
