Ян Лооз отодвинул в сторону пана начальника Жмайла и его стражника. Открыл дверь и вошел внутрь бани. Хм, никакого мерзкого запаха, и, конечно же, куча следов! Вот гады! Ян Лооз стал осматриваться по сторонам. Ничего такого, что могло привлечь его внимание.
— Шайтан! Куда этот проклятый труп мог деться?! Ну не ожил же он на самом деле? Кровь есть, вот она и осталась. Запеклась. Тела нет. Хм… Странно, ведь я же здесь все сам осматривал….
Он приблизился к столу. Оглянулся вокруг. Ничего такого. Солома на полу была сильно затоптанная, куча грязи. Если следы обуви были, то их здесь затоптали! Он поставил зажженную свечу на стол и сел рядом с местом, где мог тогда сидеть предполагаемый убийца. Ян Лооз стал представлять, как тот поднял руку и занес ее для смертельного удара. Да-да… Значит, левша… Ян Лооз поморщился и почесал свое правое предплечье, где у него было клеймо… «Рука с арбалетом»…
— Черт-черт-черт! И что же здесь на самом деле произошло?! — он наклонился и стал осматривать стол. У места, где сидел неизвестный, предполагаемый убийца, он вдруг обнаружил три царапины… Удивительно, как это я их вчера не заметил… Здесь было еще темнее, вот и не заметил, — оправдывался Ян Лооз. — а вдруг?… он наклонился и понюхал их… Нет, показалось, явно не заметил…
— Лооз! Я думал, что вы здесь, как и этот наш часовой стражник тут захрапели… — вдруг позвал его лекарь Коршак. — Пойдем лучше ко мне! У меня есть некоторые соображения по этому поводу…. Надо обсудить…. и не здесь…
— Да, мне здесь больше нечего делать! Прятать тут некого. Пожалуй, вы правы, Коршак. Да, а вы тоже тогда утром почувствовали тот мерзкий зловонный запах?
— Да-да. Что-то пахло. Не знаю, что это. Я раньше такого запаха не чуял…
— А на что это могло быть похоже? — спросил Ян Лооз.
Лекарь Коршак задумался.
— На затхлую тину похоже, когда река что-то выносит, оно разлагается летом на палящем солнце, и запах от нее не очень… Или когда одежда долго лежит в болоте, а потом ее достают, пахнет плохо, очень скверно…
— Лето, тина, затхлость…. — Ян Лооз пока ничего не понимал. — Ладно, пойдем к вам…
… Они вышли во внутренний двор замка к небольшой площади. А там уже кипела и бурлила настоящая жизнь! Люди занимались своими повседневными, неотложными делами. Конюхи поправляли лошадям брую. Кузнецы разжигали жар и стучали тяжелыми молотками по наковальнях. Оружейники чистили ружья и точили кривые, как кошачий коготь, османские и тонкие, как девичья коса, польские сабли. Начальник ночной стражи двудесятник Михал Жмайло выстроил своих стражников и проверял у них форму, осматривал вычищенное до солнечного блеска оружие. Уже открылись Воеводские и Драбские ворота… Продзенькали «Петухи»…
… К замку потянулись з низин горожане. С Подола, Кожемяк, Гончаров, из-за Канавы. Повсюду раздавался шум, гам. Слышался звон. То ли ведер с водой, то ли с квасом, то ли посуды с разной едой, то ли начищенных доспехов и оружия… Замок ожил, несмотря на плохую погоду, накрапывал легкий дождь… Снег в тот непростой год явно опаздывал в Киев… Дул сильный ветер и над замком развивалось дырявое полотнище. С ангелом-защитником города, у которого не было глаз…
— Пожалуйста, входите пан воеводский писарь! Заходите в мою скромную обитель! — сказал лекарь Коршак. — У меня здесь все по-походному. Поймите не до уборок мне… Времени пока нет… служанок и слуг тоже нету…
— Спасибо! — ответил Ян Лооз. Лекарь указал ему на толстый табурет из грубого необработанного дерева и гость расположился на нем. — Итак, приступим к нашему разговору…
— Да, приступим. — сказал Коршак и подбросил в каминную голодную пасть пару сухих дровишек. — Холодно у нас в это время, если постоянно не поддерживать огонь, можно задубеть до утра от сырости в комнате. К тому же здесь наверху в замке ветер гуляет… Может скоро выпадет снег, давно ему пора. У нас 5–6 ноября всегда первый снег лежит. Недолго, но лежит. А по ночам гора, словно ходуном ходит… кости мертвых скрипят… так говорят…
— Вы нашли тот ржавый кусок железки… Как вы думаете, что это может быть? — спросил Ян Лооз и достал свое венецианское увеличительное стекло и протянул его Коршаку. Тот пожал плечами. Мол, черт его знает… Он приблизил стекло и стал рассматривать странную находку.
— На что она похожа? — спросил Ян Лооз.
— Ну… Как для рыболовного крючка слишком толстоват. Я даже не знаю такой большой рыбы. — ответил Коршак и стал крутить дальше кривой кусок металла, изъеденного ржавчиной.
— Может, именно за ним и приходил наш таинственный посетитель, которого в последний свой час в жизни видел пан Пясота?
— Не знаю, не знаю. — Андрей Коршак задумался. Он перебирал в голове все известные ему медицинские орудия и ничего подобного этой вещи не находил….
— Может это наконечник стрелы? У османов такие были лет 15 назад… — продолжал рассуждать Коршак, то приближая венецианское увеличительное стекло к этой странной улике, то отдаляя… На клык животного не похож, потому что весьма очень великоват и из металла… Даже не знаю, что это…
