- Плывём обратно на Ледяные Острова? У тебя же теперь есть личный замок, а это условие твоего возвращения… ой, то есть будет замок! Когда сделаешь предложение по всей форме, - поспешно исправляюсь, как только вижу лукавые огни, загорающиеся в его взгляде, и самодовольную улыбку. Нечего! Навыдумывает ещё себе… будто я сдалась так просто. А мы ещё повоюем!
- Мимо! Хотя после такой оговорки… я уже начинаю всерьёз задумываться о смене курса.
Шутливо бью его в грудь кулаком, который почти утонул в рукавах кителя.
- Так… раз не туда… ну, допустим, плывём на тот остров, где тебя подлечили! У тебя же на нём, наверное, личная пиратская берлога?
Моё коварное солнце отрицательно качает головой, и его улыбка становится ещё коварнее.
- И снова мимо! Хотя берлога там имеется, и мне даже очень прозрачно намекали, что не прочь, чтобы я остался…
Хмурюсь. Вот этот намёк мне решительно не нравится! Это что же получается – его там выхаживала… женщина?!
Открываю рот – и тут же захлопываю. Прямо-таки вижу, с каким предвкушением Генрих ждёт моей сцены ревности по этому поводу. Не собираюсь доставлять ему такого удовольствия!
- Как бы то ни было, туда мы больше не плывём, и если кое-кто по-прежнему хочет… свой замок, то больше и не поплывём! - отвечаю мстительно. Ответный смех всё равно полон самодовольства, и моё возмущение усиливается.
- Думай дальше, Леди Сыщик! У тебя остаётся всё меньше вариантов. Сразу скажу – на Материк я тоже возвращаться не намерен.
- Хм. Ну тогда… раз припасы на корабле рано или поздно закончатся, на сушу нам точно понадобится. Может мы плывём на какой-то другой остров? Или на необитаемый остров?
Немножко «мухлюю», называю несколько вариантов сразу в надежде получить ответ. Ну теперь-то наверняка…
- И снова – нет!
Меня целуют в кончик носа, что совершенно не добавляет способностей рассуждать.
Кажется, я в тупике. Если не на Ледяные Острова, не на Материк, не на другие острова… ну не в небо же он взлететь собрался, в самом деле, и не на дно морское опуститься! До такой глупости даже сказочники в книжках ещё не додумались.
А Генрих, кажется, всерьёз вознамерился делать всё, чтобы помешать моему мыслительному процессу. Склоняется и мурлычет над ухом, щекотно шевеля растрепавшиеся волосы:
- Дума-а-ай…
- Это нечестный приём! Ты не даёшь мне сосредоточиться, – отворачиваюсь, но делаю ещё хуже, потому что щекотка дыхания перемещается куда-то на нежную кожу шеи под ухом.
- Нечестный приём – это то, что ты вытворяла, когда мы спускались с мачты. Дай-ка вспомню… кажется, нечестный приём выглядел вот так?
В янтарной вспышке острого желания сгорают все и всяческие мои мысли, когда он начинает движение за движением повторять всё, что я делала – и с ухом, и с шеей… ох. Кажется, я тогда погорячилась. Если это действительно действует вот так… огромное счастье, что мы вообще не свалились, не дожидаясь услужливой помощи Красной Маски.
По счастью, мой мучитель отстраняется раньше, чем в бешеной пульсации магии внутри меня сгорают ограничительные пределы, и непослушная сила вновь срывается с поводка. Нечеловеческими усилиями загоняю своевольную магию обратно в подполье, но если так пойдёт дальше… Надо срочно, вот прям срочно продолжить угадывать!! И вообще – ввести скачущие вокруг всяких непотребств мысли хоть в какое-никакое рациональное русло.
- Тебе дать подсказку, Птенчик? А то ты аж покраснела от натуги – так сильно стараешься угадать. Пыхтишь как ёжик… я уж переживаю, вдруг перегоришь от таких напряжённых мыслительных процессов. Или ты не от этого?
Взглядом говорю всё, что думаю об этом обаятельном гаде, который смотрит на меня сейчас с невинным видом, оторвавшись, наконец, от моей несчастной шеи.
- Злой Птенец – это ужасно! Трепещу от страха. Ладно-ладно, подскажу! Вспомни карту на стене кают-компании. Вспомни особенность моего экипажа – судя по тому, что Морж расхаживает перед тобой без повязки, ты уже в курсе насчёт эллери.
- В курсе! И кстати, ещё не спросила с тебя за то, что от меня это скрыл, - действительно пыхчу, но от праведного гнева, кто бы что себе не надумал.
- Всего лишь ждал удобного момента для сюрприза! Ты на корабле каких-то три дня.
Принимаю оправдание, вздыхая. Так, ладно. Значит, что там у нас…
Карта.
Закрываю глаза, представляю её поярче. Вижу на самом верху очертания цепочки Ледяных Островов, будто кто бросил на карту драгоценное ожерелье. Ниже, на юго-востоке – здоровенный неправильный прямоугольник Материка с плавными извилистыми очертаниями. По обе стороны от него – россыпь мелких камушков. Острова, островки и совсем незаметные безымянные островочки и островишки, многие из которых даже не подписаны. И во всём этом лабиринте – хаотичное переплетение пунктирных линий курса «Изгнанника». На котором плывёт целая уйма эллери во главе с одним отчаянным сорвиголовой, всю жизнь бредящим древними тайнами и наследием этих самых эллери.
И пунктирные линии всякий раз сворачивают, не доходя приличного расстояния до левого края карты.
