Король любил слушать рассказы о других, благородных и смелых, правителях. Наследник престола принц Джанни предпочитал истории о грустных юношах, из которых выходили поэты или художники.
Его младший брат, принц Вито, хотел услышать о приключениях: отважных и стремительных рыцарях, побеждающих драконов. Принцесса Фабриция, как зачарованная, внимала повествованиям о прекрасных юных принцессах, спасающих раненых принцев.
Королеве нравились все эти легенды, но больше всего она любила те, в которых юная героиня, всеми презираемая и отверженная, обретает славу благодаря своей мудрости и смекалке. Королева восхищалась тем, как Сказителю удаётся превращать слова в образы настолько яркие, что, слушая его, она забывала, что она королева в Замке Корона, и, поглощённая его рассказом, переносилась в иные миры и царства.
Сказитель был стройным тридцатилетним мужчиной, всего на несколько лет моложе королевы. При входе в покои он выглядел скромным, но совершенно преображался во время рассказа, перевоплощаясь по очереди во всех его персонажей: благородных и дерзких, кротких и злых – в зависимости от сюжета.
Этим вечером он был облачён в свой обычный костюм: чёрный камзол, панталоны и бархатный чёрный плащ. Держа в руках чёрную бархатную сумку, он приветливо улыбался всем присутствующим. Сказитель был высок и строен, темноволос и черноглаз, с тонкими чертами лица и светлой кожей.
Обычно Сказитель первым делом спрашивал короля, о чём он хотел бы сегодня послушать, а затем обращался с тем же вопросом к королеве, каждому из королевских детей и в заключение – к гостям. Затем он открывал свою бархатную сумку и смотрел внутрь.
Никто никогда не видел, что там внутри, и сказитель никогда ничего из неё не доставал, но он, казалось, черпал из неё своё вдохновение.
– Король Гвидо, какую сказку желаете вы сегодня услышать? – спросил Сказитель.
Король на минуту задумался.
– Пусть это будет история о благородном короле и благородной королеве, в которой король спасает своё королевство.
– А вы, королева Габриэла?
– Может, о женщине, не королеве, которая помогает спасти королевство? И, может, ещё про вора?
– Про вора? – переспросила графиня.
– Про вора? – эхом откликнулся граф.
Король не хотел вспоминать о случившемся, поэтому открыл было рот, чтобы возразить против предложения королевы, но, увидев её выражение лица, промолчал. Может быть, сказка про вора поможет ему решить, что делать с появившимся в замке вором.
– Да, – кивнул король. – Пусть будет про вора.
– Конечно-конечно, про вора! – залепетала графиня, хлопая в ладоши.
– Если там будет вор, – сказал принц Джанни, – то должен быть и принц, который его разоблачит.
– И храбрый рыцарь, который его убьёт и спасёт королевство! – добавил принц Вито.
Принцесса Фабриция поправила ленточку на оборках и добавила нетерпеливо:
– А ещё там должна быть прекрасная принцесса, которая… которая… которая что-нибудь делает.
Сказитель раскрыл свою чёрную бархатную сумку и посмотрел внутрь.
Давным-давно за тридевять земель жил благородный король…
В то время как Сказитель рассказывал сказку королевской семье и их гостям, Пия и Энцио шли к синьоре Ферелли. Их хозяин ушёл в гости к матери (по крайней мере, так он сказал: Пия и Энцио подозревали, что на самом деле он отправился пить эль с приятелями), перед уходом надавав им поручений.
– Приберитесь здесь, бездельники, и никого не впускайте, – сказал он. – Слыхали: вокруг рыщут воры!
– Воры? – переспросила Пия.
Хозяин ударил кулаком по столу:
– Да, воры! Сторожите мой дом как следует!
Пия посмотрела на замызганный пол, единственный колченогий стул, истёртый и треснувший стол и подумала: «Интересно, что вор может захотеть отсюда украсть?»
Как только хозяин ушёл, Пия и Энцио выскользнули наружу и помчались на берег реки. Круглое золотое солнце сияющим диском медленно опускалось за горизонт, окрашивая окрестные холмы закатным светом. Ребята достали кожаный мешочек с дерева и пыльными переулками отправились к дому синьоры Ферелли. Они были встревожены заявлением Франко о том, что королевские стражники будут рыскать везде в поисках вора, и они хотели поскорее отдать свою находку, чтобы избавиться от бремени чувства вины.
– А ты уверена, что старухе Ферелли можно доверять? – спросил Энцио. – Что, если она нас выдаст? Что с нами тогда будет?
– Мы просто делаем то, что нам велели, – ответила Пия. – Если мы найдём что-то, надо отдать это старухе Ферелли. Так сказал стражник.
– А ему доверять можно? – опять спросил Энцио.
Пия тоже задавала себе этот вопрос, поэтому не знала, что ответить брату. Она посмотрела на грубый мешок из-под муки, который нёс Энцио. В нём под гроздьями синего и красного винограда был спрятан кошель.
– Мы понюхаем воздух. Понял?
– Ты хочешь сказать, что мы ей это не отдадим, если…
– Если нам покажется, что это неправильно.
– А откуда нам знать?
– Мы почувствуем, – ответила Пия. – Почувствуем.
