– Это хозяин был у вас сегодня вечером, до меня?
Во взгляде старухи промелькнуло что-то, от чего Пии показалось, что она понимает, что она спрашивает неспроста.
– Да, он был здесь. Ты его по запаху учуяла?
Пия покраснела:
– Да, по запаху.
– Итак, дитя, зачем ты пришла ко мне этим вечером?
– Я не уверена, – ответила Пия. – Я хотела спросить, но теперь… Теперь я не уверена.
Старуха ждала молча и неподвижно, как её чёрная кошка.
Мысли у Пии путались, но наконец она смогла начать:
– Вы слышали про вора?
– А, вор!
– Мы встретили королевского стражника. Он спрашивал, не нашли ли мы чего-нибудь – чего-то такого, что мог выронить вор.
Синьора цокнула языком.
Дрожащими руками, выдававшими её волнение, Пия комкала юбку.
– Он сказал, что если мы что-то найдём, то нужно отнести это тебе. – Молчание старухи наводило на Пию ужас и в то же время заставляло продолжать говорить. – Почему?
– Почему? – хрипло повторила синьора Ферелли.
– Почему тебе? Почему он велел принести эту вещь – если мы её найдём – тебе?
Синьора Ферелли пожала плечами:
– Люди приносят мне разные вещи: свои тайны. И я их храню.
– А если бы мы это нашли и принесли вам, вы бы тоже сохранили?
Старуха задумчиво погладила её по щеке:
– Если бы я должна была это сохранить, то да. Если нет – то нет.
– Но, если бы это принадлежало не нам и не вам, если бы это было что-то, что уронил вор, и мы бы вам это принесли – что бы вы сделали?
– По обстоятельствам. Это зависело бы от многих обстоятельств, но, когда пришло бы время, я бы знала, как поступить. Если бы время пришло.
У Пии не было ощущения, что она может – или
– Кажется… Кажется, вы многое знаете.
– Ну, – откликнулась синьора. – Стреляного воробья на мякине не проведёшь. Это поговорка такая: ты её понимаешь?
Пия не поняла, но кивнула утвердительно. Высохшей рукой синьора Ферелли дотронулась до руки Пии и сказала:
– Подожди минутку. – Пройдя через комнату, старуха на мгновение скрылась за грубой занавеской, прикрывавшей соломенную постель в углу. Вернувшись, она протянула Пии небольшой свёрток, обёрнутый в мешковину.
– Это тебе и твоему брату, – сказала она. – Потом посмотришь.
Во внутренних покоях замка Корона царила тишина: лишь глубокий голос Сказителя, завершающего своё повествование, раздавался под сводами зала, примыкавшего к трапезной.
…итак, крестьянка опустилась на колени рядом с умирающим вором, пронзённым мечом юного принца. Она отёрла его лоб и наклонилась поближе, чтобы расслышать последние слова вора:
– Я украл всего лишь мешок пшеницы, – прошептал вор. – Неужели это столь тяжкое преступление?
– Нет, – ответила крестьянка. – Ты голодал.
А благородный король, поняв справедливость этих слов, повелел, что у всех должно быть достаточно пшеницы, чтобы никому не приходилось красть ради утоления голода.
Сказитель замолчал и обвёл взглядом лица слушателей: короля с королевой, королевских детей и графа с графиней, а затем закончил:
В ответ раздались аплодисменты.
– Спасибо, Сказитель, – сказала королева. – Твой рассказ, как всегда, восхитителен.
– Эмм… Да, спасибо, – повторил король.
Разочарованная принцесса Фабриция подпёрла щёки руками. В сказке принцесса была прекрасна, красивее всех, но какой с неё был толк, если она только и делала, что переодевалась и позировала?
Принц Джанни был доволен, потому что в рассказанной Сказителем истории фигурировал меланхоличный поэт.
Принц Вито думал о предприимчивом рыцаре, убившем вора. Неужели Сказитель думает, что убивать его было не нужно?
– Да-да, – бубнила графиня. – Восхитительно.
– И занимательно, – вторил ей граф.
Королева постукивала пальцами одной руки о другую.
– Но что же сталось дальше с крестьянкой? – спросила она.
Принцесса взмахнула платком:
– А принцесса? Что она будет делать?
Сказитель погладил свою бархатную сумку, будто успокаивая её содержимое.
– Я не могу этого знать, – ответил он. – Пока не продолжу сказку о них. Это другая сказка.
– Уже поздно, – сказал король.
Так он давал понять, что Сказителю пора уходить, а вечер окончен. Король и королева пожелали гостям спокойной ночи, и слуги проводили графа с графиней и королевских детей в их покои.
Король был взволнован. Он хотел бы уйти к себе, улечься на своё ложе и заснуть, но ему предстояла ещё встреча с министрами учёта. Сейчас он горько жалел, что велел им подготовить отчёты к сегодняшнему вечеру.
Рассказанная Сказителем история задела и его. Неужели никто, кроме него, не озаботился тем, что вор пытался ещё и отравить короля? Отравить! Разумеется, его коварство оказалось тщетным, потому что молодой слуга первым попробовал суп и сразу же умер, а король был спасён. И всё же: отравить короля?! Думать об этом было крайне неприятно.
Развязка ему тоже не понравилась. Эта крестьянка – неужели она правда считала, что вор не заслуживает смерти? Или вообще наказания? И неужели король из этой сказки действительно раздал всем пшеницу бесплатно? И за чей счёт тогда всё это? Король сам должен её оплатить?
