— Четыре пушки стационарно расположены на башнях, снять их оттуда и переместить фиг получится быстро. На фронте атаки с любой стороны стрелять может всего одна, и еще даже мертвые зоны есть. Еще две валяются на складе. Фиг знает, в порядке или уже сгнили. Выстрелим — узнаем. Еще одна сдохла нафиг, мы из нее эту мортиру зафигачили, вот только опробовать все фиг получалось. И сработала же, фигня этакая, даже я фиг верил! — гремлин ласково посмотрел на валявшуюся рядом бандуру. — Правда, всего на один выстрел получилась, ствол раздуло нефигово, если еще раз стрельнуть, точно рванет нафиг. Но починим, точно починим! Так что в бою у нас всего одна пушка может работать — вот эту цифирь я тебе и озвучил. Вранье?
— Вранье. В пять аркебуз и одну пушку вам от спланированной осады крысолюдов было бы не отбиться. Да и от викингов тоже. Так что я расцениваю это умолчание как прямую провокацию Замка Инмуррс на раскрытие своих планов и вооруженных сил. Не слишком–то красиво получается, согласен?
— Ладно, согласен, тут могло быть совсем не так фигово, если б сразу все сказал, да начал готовиться к дракам. Про аркебузы тоже рассказать?
— Разумеется. Чистосердечное признание смягчает наказание.
— Ну так стрелков у нас пятеро всего… Было, — Ржавокрюк с некоторой печалью посмотрел на охранявшую ворота четверку. — Остальным своим обормотам я такую ценность фиг выдам. Поломают же нафиг, а новых фиг сбацаешь!
— А разве со стрелками при найме ты не точно такие же аркебузы получаешь? И сколько у тебя таких аркебуз на складе?
— Нет, не такие, сильно фиговее. Тут, скорее, та фиговина срабатывает, что стрелки в оружии больше кумекают. Фигню не порят. Вот те и служат дольше. Нефигово так дольше. А всего их было три десятка. Сейчас пятнадцать на складе, в порядке, пять у бойцов и еще столько же ремонта требуют. Ну, может, еще одна поломалась из тех, что у бойцов были, пока не знаю.
— Даже если так — почему ты нанял всего пять стрелков? Плац же есть, я вижу.
— Да нам как–то хватало. А деньги можно было и на что другое зафигачить.
— Тебя что, местные светлые эльфы покусали? — я просто опешила от такого заявления. Еще один пацифист на мою голову.
— Да ну, будут они всякую пакость кусать, чистоплюи этакие! Оно воздушно–капельным путем передается, — ехидно осклабившись буркнул гремлин. И осмотревшись, что ни одного светлого эльфа поблизости нет, добавил — Эльфы местные на нас вообще, как на дерьмо под ногами смотрели, хорошо хоть фиг трогали и даже торговали. Особенно когда я всю нашу грязь под землю нафиг убрал, чтобы им глаза не мозолила и носы не морщила. Но округу они нефигово чистили, не отнять. Вот я нафиг и расслабился. А то солдаты наши как работники очень уж фиговые. Да и не так уж фиговы мы в драке, вообще–то. Вон, крыски, как пришли, так и легли нафиг. Не без вашей помощи, фиг поспоришь, но факт есть факт.
— А Викинги пришли, и вы чуть не полегли.
— Ну да, да, я уже согласился. Но и вы, Леди, могли бы рассказать о ситуации побольше.
— О чем? Я же вижу по бумагам, что у вас боевая подготовка максимальная для статуса поселения? Я и готовлюсь вам помогать в случае чего, а вас самих не трогаю — смысла нет, большего не выжать. Я свои обязанности по договору выполнила все, претензии не приму.
Это было правдой: в нашем договоре Ржавокрюк не сообразил упомянуть обмен военными разведданными об окружающем мире. Гражданский, что сказать. А я тоже гражданская — не догадалась, что это может оказаться важным. В следующий раз подключу к составлению таких вот договоров своих военных — явно получится лучше. Гремлин тоже все понял, и только буркнул негромко: «Вот же я дурень!»
— Так, хорошо, а что у нас со строениями?
— А вот тут я ни словечка не соврал, — ответил Ржавокрюк. — И не приуменьшил. Стена с четыремя бастионами под пушки, таверна, рынок, плац, два завода големов и пороховая мельница. Были еще полевые укрепления вокруг города, но их крысы раздолбали, а потом еще и викинги добавили. Там практически с нуля надо все восстанавливать.
— Полигон где? И свалка? — Гремлины устраивают свои эксперименты не на пустом месте. И отходов от них должно быть ой как много.
— А в пещерах под городом. Мы туда свет провели, пещеры большие, места много. Отходы там же держим. А заодно и перерабатываем.
— А говоришь, не утаиваешь. Машина для переработки — это же отдельное строение?
— А вот и не утаиваю — она в списке есть!
Я быстро перепроверила текст договора — все была точно так, как описывал Ржавокрюк. Отметив про себя странность самого факта, что гремлины полезли под землю, и активно там работают, я, тем не менее, перевела тему разговора на другой интересовавший меня вопрос.
— Ты сказал, что у тебя имеется рынок. А что же нет торгового тракта к нему?
