На другой день в Дольском кафедральном соборе отпраздновали свадьбу – намеренно скромную и немноголюдную.
Рауль де Шан-д’Ивер дал свое имя Эглантине в присутствии капитана Лакюзона, барона Тристана, Бланш де Миребель и старой Маги, которая разом преобразилась – будто помолодела, когда обрела надежду принять в скором времени третье поколение де Шан-д’Иверов.
Разумеется, сердца ликовали, и вместе с тем в глубине их таилась горькая печаль.
Считали тех, кого не было рядом…
Увы, их оказалось слишком много!
Недоставало Пьера Проста! Недоставало Маркиза! Недоставало Варроза!..
Как только торжественная церемония завершилась, Лакюзон, с траурной повязкой на рукаве и с печалью на сердце, снова подался в горы.
Оставшись один и взвалив на себя нелегкое бремя защитника свобод и судеб древней, благородной земли, он спешил снова преклонить колени перед безвестной могилой, навсегда сокрывшей тайну красной мантии.
