— Хорошо, рассказывать не буду. Уже вижу, что такой умнице как вы, лучше изложить всё на бумаге и дать почитать, вдали от чужих глаз. Не переживайте! Я составлю вам самое полное руководство по обольщению супруга!
— Тилль, прекрати немедленно!!! — я даже притопнула ногой.
— Всё-всё! Уже прекратила! А всё-таки давайте я вам помогу готовиться ко сну. — И с лукавой улыбкой она ушла к шкафу, где с недавнего времени хранились и мои вещи тоже. А потом вынесла оттуда что-то белое, кружевное и точно не моё.
— Это что? — с угрозой поинтересовалась я.
— Ваша новая ночная рубашка!
— У меня есть!
— Ну и хорошо, что есть! А я прикупила вам ещё одну!
И не слушая больше моих возражений, она принялась бодро стаскивать с меня халат и переодевать. Чтобы не выглядеть капризным ребёнком, который спорит из-за цвета ленточки на косичке, я подчинилась. Была надежда, что после этого Тилль уйдёт и перестанет смущать меня своими глупостями.
Она очень быстро напялила на меня новую рубашку, закрыв рот складками ткани, чтоб я не вредничала. Я даже не успела рассмотреть как следует.
— Ты какую-то ерунду купила! — насупилась я. — Моя была лучше! В этой холодно.
— Цыц! — приструнила меня Тилль, плотно закутывая обратно в халат. — Вот придёт ваш муж, станет жарко.
Я обиженно засопела. Сколько можно давить на больную мозоль! Никто ко мне не…
Дверь за спиной скрипнула.
— Хм… я по привычке не стучал. Прошу меня извинить.
— Что вы, что вы! — медовым голоском пропела Тилль, одновременно затягивая на мне пояс халата по-живодёрски резким движением. — Это вы простите, что в такой момент посторонние в вашей с женой комнате. Я уже ухожу! Меня ждут перо и бумага. Попрактикуюсь… в эпистолярном жанре, так сказать. Сладкой вам первой брачной ночи!
И предательницу как ветром сдуло в следующий же миг.
Я медленно обернулась, стягивая халат плотнее на груди.
Натолкнулась на пристальный серый взгляд. Мой муж стоял в нескольких шагах позади, прислонясь плечом к двери — закрытой, между прочим, двери! — и задумчиво на меня смотрел.
Я растерялась. Ну то есть совершенно.
После того, как он по неделям игнорировал собственную невесту, я даже подумать не могла, что начнёт замечать жену. А тем более… так активно замечать.
Невольно поджала пальцы ног, когда его взгляд добрался и до них.
— Полагаю, Вы… зашли пожелать мне спокойной ночи… — проговорила я жалобно, всей душой надеясь, что это именно так.
Серый взгляд снова поднялся к моему лицу. Надо сказать, довольно медленно поднимался.
Герцог оторвался, наконец, от двери, и неторопливо направился… к окну. Обходя меня по дуге. Я всем телом поворачивалась за его движением. Как подсолнух за солнцем.
— Да, пожалуй, в этом что-то есть!
Это он не мне. Это шторам. Розовым.
Удивительная всё-таки у нас первая брачная ночь получается. Муж разговаривает со шторами.
— Если у вас есть другие варианты времяпрепровождения, готов рассмотреть! — Дорн сверкнул на меня глазами искоса, не вынимая рук из карманов.
Боже — я что, сказала это вслух?! Кажется, да. Сказала. Видимо, напряжение последних дней не прошло даром.
Я изо всех сил сжала зубы, чтобы точно больше ничего такого не ляпнуть.
Напряжение, повисшее в воздухе, можно было резать ножом. Уходить из комнаты мой новоиспечённый супруг явно не собирался.
Вместо этого вдруг обратился не к шторам, я напрямую ко мне — и неожиданно серьёзно.
— Элис, как вы?
Я не сразу сообразила, что это он о свадебной церемонии. То, что я испытала на ней, как-то уже померкло по сравнению со штормом, который терзал меня в эту самую минуту. И я в первый момент подумала, что он про то — как я сейчас. А сейчас мне было очень жарко и слегка била дрожь. Пришлось напомнить себе о необходимости быть спокойной, невозмутимой и холодной дамой, заключившей выгодную сделку — что от меня и ожидалось.
— Это была очень красивая и… немного странная свадьба, — осторожно ответила я, смягчив всё, что только можно было смягчить применительно к тому сумасшествию, которое творилось в торжественном зале. — Я рада, что всё позади и теперь мы с вами можем наслаждаться всеми прелестями нашего… фиктивного брака.
Я сделала акцент на слове «фиктивный», надеясь, что намёк будет понят, и Дорн перестанет раздевать меня взглядом. В конце концов, в нашем брачном контракте такого пункта не было.
— Такими, как раздельные спальни? — улыбнулся он краешком губ.
Я вздёрнула подбородок.
— Вот именно!
— Вынужден вас огорчить, — вкрадчиво ответил супруг. — В доме полно гостей — дед зачем-то заставил всех остаться до утра. И поэтому…
У меня возникли смутные сомнения относительно того, зачем этот старый интриган заставил гостей торчать в доме до рассвета, но я промолчала. Дорн меж тем продолжил развивать свою мысль.
— Поэтому, полагаю, было бы крайне глупо и непредусмотрительно давать пищу для сплетен и подвергать сомнению состоятельность нашего с вами брака. Мы ведь не хотим, чтобы о его фиктивности знал кто-то, кроме нас?
С этими словами он стал небрежными движениями расстёгивать тёмно-серый сюртук. Я как заворожённая следила за этим действом и даже не сразу опомнилась.
