После исчезновения детей Каролин конечно же первым делом проверила, на месте ли их сапоги и куртки. Однако верхняя одежда детей висела на крючках нетронутая, и никто не видел, чтобы Дон и Даша выходили наружу. Поэтому можно было исходить из того, что они где-то здесь и что мы их непременно найдём, – во всяком случае, именно в этом я многословно пыталась уверить Виктора Егорова, и делала это до тех пор, пока он сам не начал меня успокаивать.
Стелла Егорова, цокая каблучками, надувшись из-за того, что никто не собирался предоставлять ей вертолёт, вышагивала взад-вперёд по фойе, а Егоров рассказывал мне, что Даша обожает прятаться и дома, в России, и ему приходится регулярно переворачивать весь дом вверх дном, чтобы найти ненаглядную дочурку. Однажды она спряталась в бельевой корзине, укрылась с головой полотенцами и сама не заметила, как заснула!..
– Этот отель – особенное место, – убеждённо заявил он. – С детьми здесь не может случиться ничего дурного.
Угу, не может! За исключением случаев, когда они шатаются по отелю в обществе малолетнего психа.
Месье Роше организовал Виктору Егорову чашку чая и продолжал ненавязчиво ухаживать за ним, а мы усилили поиски. Какое счастье, что сегодня Романа Монфора не было в отеле! С каким удовольствием он бы сейчас орал на всех, кто попадётся ему под руку, и увольнял бы всех подряд! А уж голову Каролин с наслаждением преподнёс бы Буркхардтам и Егоровым на блюдечке с голубой каёмочкой.
Полчаса спустя наши поиски всё ещё не дали никаких результатов: детей и след простыл. Мы с Беном, Грейси и Эми обыскали все бельевые тележки на этажах и все бельевые шкафы в отеле. Кто-кто, а уж Дон никогда не обращал внимания на то, что написано на гостиничных дверях – «Добро пожаловать!» или «Только для персонала!».
Каролин тем временем дежурила в игровой – на случай, если дети вдруг решат вернуться туда, – а Павел с Пьером прочёсывали подвал. Слава богу, залезть в вентиляционную шахту оказалось не так легко, как мне казалось, – решётки на всех отверстиях, ведущих туда, были плотно привинчены. И всё же я не могла удержаться от того, чтобы периодически украдкой не крикнуть туда: «Ау-у-у!»… просто на всякий случай.
Возможно, об исчезновении детей разболтала госпожа Людвиг. А может быть, люди сами заметили пропажу и обрадовались, что в отеле, отрезанном от цивилизации, наконец что-то происходит. В любом случае, помимо персонала в поисках детей приняли участие и некоторые гости. У каждого была наготове история из собственного детства о том, как он хорошо спрятался, как его не могли найти и как все напугались. Виктор Егоров явно старался выглядеть спокойным – наверное, не в последнюю очередь потому, что месье Роше подлил ему в чай немного рома, чтобы успокоить нервы.
Однако как раз в тот момент, когда я уже готова была поддаться всеобщему оптимизму и задвинуть подальше собственные сомнения (я всё же неплохо знала Дона и понимала, что оказаться в центре всеобщего внимания, пусть даже и таким образом, для него лучше всякого рождественского подарка), передо мной возник не кто иной, как автор триллеров, чтобы ознакомить меня со своей теорией о похищении детей.
Писатель столкнулся со мной и Беном на третьем этаже, крепко взял Бена за рукав, и я впервые взглянула на него внимательнее. Хотя он написал уже несколько бестселлеров, ему было лишь слегка за тридцать. Это был маленький, худенький человек с аккуратно подстриженными тёмными волосами, курносым носиком, лукавой улыбкой и совершенно сумасшедшими глазами, как я с опозданием установила. По его словам, он не хотел никого пугать и сеять панику. Само собой разумеется, дети найдутся в ближайшее время. Но он никогда бы не простил себе, если бы промолчал.
– Промолчали о чём? – спросил Бен.
И писатель с горящими глазами прошептал:
– О Киднеппере из гранд-отелей.
Вот и всё. Мне многого не требовалось. Паника, которую он не собирался сеять, охватила меня в мгновение ока.
На Бена же, похоже, его речь не произвела никакого впечатления.
– О Киднеппере из гранд-отелей? – сухо повторил он.
– Некоторые называют его Эксклюзивным Похитителем, – пустился в рассуждения писатель, – однако это прозвище не прижилось: оно слишком расплывчато. Я наткнулся на информацию о нём, когда собирал материал для моей предыдущей книги. За последние тридцать лет ему удалось похитить шестерых детей из дорогих отелей. И каждый раз ему удавалось оставаться безнаказанным.
– Шестеро детей за тридцать лет? – Бен скептически сдвинул брови.
Писатель важно кивнул.
– Да, двоих в Германии, одного в Австрии, одного во Франции и двоих в Италии, – прошептал он. – И каждый раз ребёнка похищали из дорогого отеля.
– Шестеро детей, которые в течение тридцати лет исчезали из отелей на территории четырёх различных стран? – Можно было подумать, что Бен – издатель, которого писатель безуспешно пытался убедить в том, что его новый сюжет – это золотое дно.
– То, что вы говорите, кажется мне абсолютно неправдоподобным. Откуда известно, что во всех шести случаях фигурировал один и тот же похититель, если его ни разу не поймали?
