И провёл во вполне пристойный кабинет и кухню. В целом — весьма неплохой дом, четыре немаленькие комнаты: гостиная-столовая, спальня хозяйская, кабинет и спальня гостевая или детская. Кухня неплохая, а главное — канализация и отопление заведено. Мне нравилось, да и Сона оглядывалась с одобрением.
— Сколько аренда, господин домовладелец? — спросил я, извлекая «золотую» чековую книжку.
На последнее дед поперхнулся улыбкой.
— Да уж, будет мне урок, — покачал головой он. — Брал пять сотен ауресов в год, но раз уж… в общем, пусть будет четыреста… пятьдесят ауресов за год, — выдал он, совершая сложнейшую эквилибристику между жадностью и удивлением.
Дорого, конечно, посетовал я, но столица, куда деваться. И свой дом, да и не собираюсь я «кубышку набивать».
В общем, через час мы подписали арендный договор, а владелец, покачивая головой удалился.
К стати, пристрой оказался именно тем, что я думал: натуральной баней-каменкой, над питаемым ключом прохладным прудиком. От последнего шёл дренаж, отводящий воду за ограду, незаметный от входа.
Лепо, лепо, отметил я. Баня это хорошо, жаль Отмороженного. А мне чертовски повезло: в Анте бани почему-то не прижились, были атрибутом нордов, обитателей севера Ниля. Ну а лектор «с северов» отгрохал за свой счёт, да и оставил. И «за пристрой этот ни сестерция не прошу» уточнил домовладелец.
В общем, вышло у нас весьма приятно с жильём — дорога до трамвая минут пять. Трамвай проезжает раз в двадцать минут (и не слышно его за деревьями, что ценно). А от следующей остановки «Академический Квартал» нам с Соной до наших академий по сто с лишком метров, не больше.
В общем, на радостях начали целоваться, я даже думал, что опробуем укрытое матрасом, с явным мягким сеном, ложе… Но тут Сона отстранилась.
— Гемин, мобиль, — напомнила она.
— Подождёт, да и уедет — не беда, — отмахнулся я.
— Нет, я не про то. Подожди, пожалуйста, — попросила она, а на мою вопросительную морду лица выдала: — В лавку надо бы, да и поесть, да и вещи с вокзала забрать.
— Признаю, был не прав, а ты всецело права, — признал честный я.
И оставшиеся до сумерек часы мы нарезали по Нюстаду, закупая всякое барахло, посуду (отметила недостачу Сона), да то же постельное бельё и прочие тряпки.
А уже в сумерках, когда Сона, напевая, готовила нам перекус, я решил опробовать баню. Да и девчонке, чем чёрт не шутит, может и понравится, думал я, раскочегаривая огонь под камнями.
Качегаря очаг под россыпью камней, я периодически из пристроя высовывал морду лица. Да и двери не закрывал: топилась баня «по чёрному». Что радовало, так это металлический бак с водой и обилие деревянных ёмкостей. То есть, с помывкой проблем не будет, да и вообще, в «чёрной бане» есть своя прелесть. Если её грамотно топить и использовать, да.
И пропарюсь, почти напевал внутренне довольный я: некоторая «неудоволетворённость» Отмороженного его банным «ограничением» во мне присутствовала. Собственно, была одним из немаловажных факторов, почему я забил на кучу дел, занявшись баней. Ну и пофиг, да и после наших с подругой мытарств — банька будет в самый раз, довольно заключил я.
Через час после начала моих священнодействий, в баню засунула носик Сона. Слегка сморщилась, но потом с интересом осмотрелась.
— Дымно очень, Гемин, — выдала она вердикт. — А что ты тут делаешь?
— Топлю, — честно ответил топящий я. — Это что-то вроде мойной, Сона. Нордский бад, — на что девчонка непонимающе нахмурилась. — Так, мы, как и норды, живём в довольно холодном климате, — начал я, на что последовал кивок. — Смысл этой мойни — в том чтоб моющийся сначала хорошенько прогрелся и пропотел. И для нутра полезно, и для кожи. И приятно, хотя жарковато… но посмотрим.
— Для кожи полезно? — ухватилась за слово Сона, на что я веско покивал. — Интересно. А ты откуда всё это знаешь, Гемин?
— А я… с родителями как-то гостил, ещё маленьким, у норда, — до черта изящно соврал честный я.
— И всё помнишь. Ты у меня такой умный, Гемин, — выдала девица.
На что я, как почувствовал себя идиотом, так и заподозрил Сону в родстве с матёрыми троллями. Нордскими, да.
Впрочем, девица по пристальному разглядыванию, меня не троллила, а просто высказала «дежурный комплимент».
В общем, по протопке, направился я дом, для лёгкого перекуса (и Сону уговорил не наедаться), пока баня «прогревается».
Через часок же, проветрил баньку, выкинул остатки углей, сбрызнул стены кипятком, от сажи. Ну и проверил открывающийся в полу люк: в воду спускались деревянные поручни, дно было явно искуственно заглублено и не прощупывалось. А водичка была весьма и весьма бодрящей, в чём я убедился, с визгами и писками выскакивая из этакой купальни.
Хотя она и летом, скорее всего, весьма прохладна, а для бани — температура вполне хороша.
А после подготовки, прихватил заинтересованную Сону, да и оттащил в парилку.
