- Ну, так, ну так, гэта так.
- Афанасий Петрович! Есть ли в селе коммунисты? Есть ли люди призывного возраста? Это от семнадцати до пятидесяти пяти лет?
- Камуністаў ёсць трое, прызыўнога ўзросту мужыкоў і хлопцаў, восем чалавек.
- Оповестите и тех и других, что в селе им оставаться нельзя. Или пусть уходят с нами, или прячутся так, чтобы их никто, никогда не нашел. Немцы коммунистов повесят или расстреляют, а призывников в плен возьмут, не посмотрят, что гражданские.
- Зробім.
- Есть просьба. Похороните нашего бойца. Погиб при налете фашистских самолетов.
- Пахаваныя, як мае быць. Але вось пад крыжам яму ляжаць прыйдзецца.
- Хоть под крестом, хоть под пирамидкой со звездочкой. Это не важно. Важно, чтобы по-человечески был похоронен, запишите, как его звали и откуда он, после войны может быть родственники на могилу приедут. Есть еще просьба. Нам нужны продукты на переход к нашим. Сможете помочь?
- Цяпер па вёсцы сала збярэм, бульбу, лук. Хлеб, калі ў каго сухары ёсць, таксама збярэм.
- Спасибо. Еще хочу сказать, в сорок втором, немцы начнут угонять молодежь на работу в Германию. От четырнадцати и старше. Детей надо сберечь.
- Дзяцей значыць. Схаваем. У Калядзічы адправім, там лес вакол. А зброю нам дасце?
Мне нравится его деловой подход. Дед уже планирует, как он будет бороться с оккупантами.
- Оружие убитых немцев, за исключением того, что пойдет на вооружение тех, кто пойдет с нами, оставлю вам. Надо спрятать следы грузовиков которые проезжали через село и на подходе к нему. Хоть вениками замести. Машины мы сожжем, фашистов раскидаем и в кабины посадим. Но надо собрать все гильзы на месте боестолкновения и разбросать в том месте, как будто колонна была уничтожена до того как она въехала в село. Иначе немцы пришлют карательную команду. Будут жертвы.
- Зробім. Сляды пашлю дзецюкоў замятаць, гільзы збярэм, і там рассыплю.
- Вопрос к Вам Афанасий Петрович. Какие населенные пункты по дороге на восток?
- Туды Маісевічы, ...
Дед начал махать руками, пытаясь объяснить мне местную географию 'на пальцах'. Пришлось достать из полевой сумки эскиз Фомкина, карандаш и предложил ему показать все предметно.
Петрович вздохнул, имея в виду мою бедную 'картографию', и уверенной рукой стал помечать населенные пункты.
- Ну, вось глядзі камісар, тут Золотеево, Грабава, Старое сяло, Деричи, Алексичи, Дорогляны, Малевіча. Тут чыгунка. Зэльва, Бярозка, Озерница, Косцень, Слуцк.
- А где леса есть? Сами понимаете, идти нам лучше не по полю. Вот по вашему прошли, товарища потеряли.
- Лясы вось тут. Між Золотеево, Грабава і на Старая Галынка. Вось тут дарога ад Слуцка да Мастоў, што на Нёмане. У Деричи не хадзіце, там хоць і ёсць пераправа праз Шчару, але балюча шмат германскіх самалётаў туды ляцела. Мне кум сказаў, што загінула там шмат людзей.
- Спасибо понял, - про переправу у Деричей и гибель от немецких пикировщиков множества красноармейцев пытавшихся переправиться через реку, я что-то помнил, переправлялись там наши, первые успели, а остальных немцы разбомбили.
Дед посмотрел на эскиз, взял карандаш и очертил вытянутый овал.
- Вось тут балоты. Ёсць там дрыгва, машыны там не пройдуць, а людзі змогуць. Дам вам правадыра. Ёсць у балоце і выспы, даволі вялікія, можа там застануся?
- За проводника спасибо, а вот на осторовах вы сами прячьтесь. Ну или скотину прячьте. Нам надо на соединение со своими выйти.
- Ну, няма, так няма. Воля ваша.
- Афанасий Петрович, не обижайтесь, если все в примаках осядут, воевать некому будет. - дед посмотрел мне в глаза понимающим взглядом. - Прошу Вас ускорить сбор продуктов. Пусть призывники и парни от шестнадцати и старше тоже подходят. Здесь их ничего хорошего не ждет, а мы обязательно прорвемся к своим. Их все равно в армию призовут, через год-два. Пусть в военные спецшколы попадут как добровольцы, поучаться до призывного возраста. У вас они или в лагерь военнопленных попадут, или их в Германию угонят. За пару верст от вас, через поле у дороги, есть наши погибшие. Там еще оружие осталось, вот патронов правда практически нет, но вы все равно винтовки соберите, а погибших похороните.
- Зробім. Што вы з немцам рабіць будзеце? Няўжо нелюдзі ў жывых пакінеце?
- В живых не оставим.
Это мое слюнтяйство. Нет, чтобы его сразу кокнуть, потащил с собой. Военнопленный! Они с нашими пленными не церемонятся. Нет среди них невинных. Юберменши сраные! Допросить - толку с него! Не пытать же?! Передвижная дивизионная колбасная мастерская.
- Расстреляем на глазах у людей, чтобы знали, что Советская власть карает нелюдей и вся недолга, - нечего с ними церемониться. Общечеловеки!
