Ветхая на вид лестница оказалась на удивление прочной. Даже ступеньки не скрипели под моими ногами. И все равно от всего этого было очень не по себе. Словно я вторглась в чужой склеп, и его разгневанные почившие хозяева вот-вот объявятся по мою душу.
Подниматься пришлось долго. Хотя снаружи башня не выглядела настолько высокой, но, может, как-то внутри магией менялось пространство. И чем выше я поднималась, тем ярче мерцали вплетенные в каменную кладку светящиеся потоки. Интересно, а снаружи видно весь этот свет?.. Лишь бы нет, а то наверняка на это светопреставление сбегутся дознаватели, и объясняй потом им, что я не верблюд.
Наконец, ступеньки кончились. А вместе с ним кончился и свет. И если снаружи башня имела конусообразную крышу, то как так получилось, что я сейчас стояла на открытой площадке с бойницами?
Отсюда виднелся весь город. Хотя магические огни в фонарях на улицах не сравнились бы с привычным мне электрическим освещением, но все равно в ночи прекрасно просматривалась вся столица. И тот белый силуэт вдали?.. Выходит, как раз противоставленная этой Белая башня?..
Это все, конечно, живописно, но что толку я сюда пробиралась? Нет здесь ничего! Ни артефактов, ни ответов на вопросы!
Я с психу даже пнула край каменной кладки. Ладно, ничего не поделаешь, надо возвращаться. Пусть все это было напрасно, но лучше вернуться до того, как мое отсутствие обнаружат и…
Стоп. Где лестница?
Нет, серьезно, куда подевалась лестница вниз?!
Гладкая каменная кладка и никакого пути прочь отсюда!
Не веря своим глазам, я тут же опустилась на колени, надеясь хотя бы наощупь найти пропавший путь. Но стоило мои ладоням коснуться холодного камня…
Прямо сквозь кладку проступили все те же светящиеся жилы, сходясь прямо в центре и формируя громадный шар. Я едва успела отпрянуть в сторону, иначе бы меня точно ослепила его вспышка. А ведь ее наверняка по всему городу было видно!
Держась за бойницу, я кое-как встала на ноги. А прямо напротив меня в мерцании проявился незнакомый женский силуэт. Ни черт лица, ни деталей одежды – многое так и осталось скрытым.
Я, конечно, после Вермиля куда лояльнее относилась к всевозможным призракам, но сейчас даже дыхание перехватило от интуитивного ужаса. Наверняка же это хозяйка башни! И уж точно она не рада моему наглому вторжению!
– Я не знаю твоего имени, – ее голос звучал странно, словно с помехами. – Но если ты видишь и слышишь меня, значит, ты здесь, ты пришла, все сложилось так, как надо.
Погодите… Это что… Своего рода магическая запись?..
– Эмм… Здравствуйте. Простите, что побеспокоила вас.
Но она никак на меня не отреагировала, продолжала все так же отстраненно с чуть искаженным голосом, словно со старой пленки:
– Мое имя ни о чем тебе не скажет, но раз ты добралась сюда, и так знаешь, кто я такая. Возможно, ты еще многого не понимаешь, но твоя магия указала тебе путь ко мне. А значит, ты точно готова занять свое место в великом замысле.
Нет, это точно магическая запись. Только насколько давно оставленная? Перед смертью этой единственной в этом мире дамы, обладавшей магией? Или задолго до этого? И кому именно ее послание предназначено? Если и вправду именно мне, то с чего вдруг?
Отвечать посланию из прошлого никакого смысла не было. Прислонившись спиной к бойнице, я просто слушала, что говорил светящийся женский силуэт.
– Ты наверняка уже знаешь, что в этом мире магией владеют только мужчины. В свое время я была единственной женщиной, наделенной подобной силой. И мне всегда казалось несправедливым, что другие обделены. И не только мне. Гардван, могущественный маг Белой башни, считал так же. Но каждый из нас видел свой выход из ситуации…
Так а что у нас с магом Белой башни?.. Вроде тоже ничего о нем не слышала…
А она продолжала все так же безэмоционально и даже чуть механически:
– Гардван верил, что нужно просто создать магический сбой, который изменит природу мира, и тогда девушки тоже будут рождаться с даром. Но мои познания были куда основательнее, чем его… И я знала, что это не сработает. И что единственный путь сделать этот мир справедливым, это не наделять девушек магией, а отобрать ее у мужчин. Ведь если не дано всем, то пусть тогда не будет дано никому.
Несмотря на неестественность голоса, все равно в этот момент отчетливо изменилась интонация. Похоже, даже искажение магической записи не смогло свести на нет столь сильные эмоции.
– Но я прекрасно понимала, что Гардван никогда не позволит мне лишить магии мужчин. Оставалось лишь от него избавиться. Но вся загвоздка была в том, что он, как и я, изначально бессмертный, мог погибнуть только от руки того, в ком течет его же кровь. Тогда-то и возник план, как все это провернуть.
Все равно пока не понимаю, к чему она клонит, но это все уже заранее очень и очень настораживает…
Только, похоже, ее рассказ подходил к концу – образ постепенно тускнел. Но голос звучал все так же различимо:
