Я мило улыбалась графу и тот, кажется, немного смягчился.
— Мне осталось два-три года в лучшем случае, — заявил вдруг Найтли. — Простите, что говорю об этом столь откровенно, но, полагаю, сэн Ремири давно в курсе, а вам этот срок не покажется… чрезмерно долгим. И обозначу сразу: после моей кончины вы можете повторно выйти замуж, но моя приемная дочь должна оставаться под вашей опекой… полноценной опекой. Я не требую заменить ей мать, это вряд ли возможно, но… — граф посмотрел на Тони, — примите на себя роль тетушки или старшей сестры. Пансион… тоже вероятен. Следить за судьбой девочки будет опекунский совет. В него войдет мой друг, Роберт Гароу. Однако главным опекуном останетесь вы, в силу того, что Гароу часто занят на службе.
— Как интересно, — сипло сказала я, пытаясь не подавиться чаем. — И… ответственно.
— Да, — кивнул граф. — Но вас привел герцог Ремири. А его мнению и слову я доверяю, раз ему доверял мой отец. Я готов на вас жениться. Ваши требования?
… Мне потребовалось несколько минут, чтобы справиться с удивлением. Неожиданно. Впрочем, мы ведь этого и хотели – устроить мое замужество.
С другой стороны, я рассчитывала на кого-нибудь… менее требовательного и брутального. Не на неопределенность, широкое поле которой открывалось передо мной в результате брака с Эриком Найтли, фактически приговоренным к смерти.
Мы планировали открыть графу тайну Элены Хиллкроу, а дальше действовать по обстоятельствам. Ведь герцог Ремири также мечтал найти и наказать убийц своего друга Бартоломью, отца Элены. И Люси…
— Вот что, — приняла решение я. — Я хочу познакомиться с вашей дочерью, граф. Это ведь важно, чтобы мы нашли общий язык, верно?
Черты лица Найтли слегка исказились:
— Вы можете попробовать, — сказал он. — Но, боюсь… впрочем, вы сами все увидите. Клосс!
В комнату вошел камердинер графа.
— Клосс, — велел ему Найтли. — Предупреди няню о нашем визите.
Через несколько минут мы переместились в другое крыло дома. Внутри особняк казался огромным, и я поймала себя на мысли, что оцениваю его в качестве невольной хозяйки. Но пришла к выводу, что мне больше по душе тот коттедж, который я оформляла для Найтли в качестве подарка герцога.
Когда мы проехали через галерею с портретами многочисленных предков Найтли (я узнавала этот решительный подбородок и нос с горбинкой почти на каждом полотне), граф развернул к нам кресло:
— Не пугайтесь, когда увидите. Мы полагаем, это временное состояние и Солли скоро поправится.
Солли? Мы с герцогом переглянулись.
— Это ни о чем не говорит, — шепнул мне сэн Уильям у дверей в детскую, делая вид, что достает лорнет. — Солли – сокращение от многих имен, имеющих в себе «эл» и «эс». Вполне логично, что граф мог решить скрыть настоящее имя ребенка.
Я кивнула и вошла в комнату вслед за коляской графа. Няня девочки, молодая тэнья со встревоженным взглядом, поднялась со стула и поклонилась. Очевидно, гости к Солли приходили не часто.
Это были чистые и светлые покои со всем, что могло потребоваться юной сэнье: столом, книжным шкафом и кукольным домиком. Девочка сидела на кровати, безучастно глядя перед собой, сложив на коленях бледные руки. Тони испуганно сжал мою руку и подвинулся поближе.
На нас Солли даже не взглянула. Только дернула веками, когда граф Найтли позвал ее по имени. Светлые волосы, тонкий носик – мы были похожи… как похожи все светловолосые девушки определенного типажа.
— Что с ней случилось? — спросила я.
— Затянувшаяся болезнь, — нехотя сообщил граф, и я сразу поняла, что он лжет – от ребенка веяло… Тьмой.
— Вы обращались к…?
— К врачам? Конечно, но…
— К магам, — перебила я Найтли.
— И к магам, — процедил он. — Именно это я и имел в виду. Солли осматривало несколько лекарей с магическим профилем.
Я открыла было рот, но не стала говорить вслух. Мало ли что я чувствовала. Живой человек – это не нежить. Я поставила на ноги мертвую собаку, но не могла категорично заявлять, что девочку прокляли, как Гулю, превратив в неживое-немертвое. Тем более что превращение еще не завершилось.
Покосилась на герцога, тот ответил мне встревоженным взглядом. Я постаралась успокоиться, но все еще не понимала, что мне делать. По понятным причинам Люси я не помнила, а ребенок на кровати не узнавал меня. Если сейчас открыться графу, чем я докажу, что это моя сестра? Возможно, Люси граф куда-нибудь отправил, а это совсем другая девочка. Незаконнорожденная дочь, например.
В конце концов, я приняла решение. Есть простой способ выяснить, кто передо мной. Простой, но опасный. Однако если я смогу задержаться в этом доме, то сумею подготовиться к проверке должным образом. Замужество? Пустяки. Замуж, как говорится, не напасть, лишь бы замужем не пропасть, а для этого нужен четкий договор с женихом, чтобы комар носу не подточил.
Хранителя я оставила в доме герцога, привязав призрака к очаровательному пресс-папье – куску розового кварца. Герцог сказал, что подобным духам для поддержания энергетического баланса требуется элемент земли. Придется договариваться с Сильвером. Он не должен причинить вред Солли, если она не Хиллкроу.
