— Лойнос увешан амулетами, как дерево на Первый День Зимы подарками. Полный набор тех, что носит мой драгоценный братец, — он хмыкнул, — я даже не смог вначале его расколоть. А потом уже не было смысла. А вот ты… — я вновь услышала его шаги и почувствовала, как он остановился за моей спиной, — а вот ты дала мне много энергии. Твои сомнения, мысли, вопросы — мне хватило, чтобы компенсировать утечку силы, — закончил он совсем тихо.
Не веря в это ужасное по своей сути перевоплощение, я обернулась и подняла на него глаза, старательно надеясь, что это какая-то чудовищная ложь.
Не ложь. Он стоял прямо за мной, протянув мне руку. Как в каком-то страшном сне, я приняла её и встала.
— Я понимаю, что поступил непоправимо. Что то, что я сделал — бесчеловечно. Я буду казниться за это всю свою жизнь, — он опустил голову.
— Правда? — несмотря на терзавшую меня боль, я улыбнулась: — Так уж всю жизнь?
— Ты мне не веришь? — он поднял голову и посмотрел на меня.
— Странный вопрос, учитывая то, что всё это время ты мне врал, — припечатала. Апатия отступала на второй план, рождая в груди первые, пока ещё робкие волны злости.
— Я не врал, — он отступил на шаг, внимательно меня разглядывая, — я действительно рассчитывал, что ты поможешь. Так… поможешь?
В ответ я пожала плечами и вдруг рассмеялась: открыто, громко.
Нервно.
Я смеялась… нет, я ржала, аки конь на выезде. Почему-то вспомнилась Белка, оглашавшая поутру всю округу своим звонким голосом.
Меня схватили за плечи и ощутимо встряхнули. На удивление, это подействовало. Я икнула и уставилась на Анталя.
— Что с тобой, Дара? — он смотрел на меня будто впервые, со смесью удивления и непонимания.
Истерика закончилась. Теперь меня понесло.
— Что со мной? — я нервно хихикнула. — Я приехала к жениху, который сделал мне предложение, консумировал брак, оказавшийся недействительным, и теперь спрашивает, что со мной? Ты серьёзно?
Он нахмурился.
— Я не знал, что ты девственница!
— Я тебе ведь говорила, — я вскинула голову и вызывающе усмехнулась. На удивление, боль отступила. Меня переполняла смесь злости и… азарта? — Раз уж мы затронули столь щекотливую тему, позволю себе встречный вопрос: тебе же не в новинку трахать целомудренных девиц, ведь так?
Его глаза вспыхнули. Внезапная пощечина обожгла щёку яростным поцелуем.
— Не смей. Так. Говорить. Обо мне, — Анталь вдруг оказался рядом и до боли сжал мои запястья.
Вот уж как изменился в считанные мгновения! А ведь я его провоцирую… чего не должна делать. Надо остановиться!
Но уж нет. Остановить меня могла разве что каменная стена. И то — не факт.
— А как о тебе говорить, Анталь? — я скривила губы. — Как ты хочешь, чтобы о тебе говорили? Антея, я… кто следующий?
Вторая пощёчина обожгла меньше. Голова мотнулась в сторону, во рту поселился металлический привкус, — кажется, я прикусила щеку. Но, на удивление, на мир после этого я взглянула более… трезво.
— Не смей сравнивать себя с Антеей, — он по-прежнему буравил меня взглядом, — да кто ты такая, девчонка, рядом с ней?
— Я? — я отвела было взгляд, но внезапно передумала и посмотрела на него. — Я человек, Альс. Обычный здравомыслящий человек.
— Здесь нет людей, — его перекосило, — вы с Лойносом думаете, сможете переиграть меня? Глупая девчонка, возомнившая, что она вправе вставлять мне палки в колеса, и королевский дознаватель, думающий, что он умнее всех! Да что вы знаете обо мне?..
Не выдержав такого натиска, я отступила назад, внимательно наблюдая за оппонентом. Что-то не нравилось мне в его поведении. Что-то такое… на грани.
На грани.
— Анталь, — тихо позвала я, — Анталь! — повторила громче.
Он замолк и посмотрел на меня.
— Ответь мне на один вопрос, — я вновь понизила голос, — всего на один. А я… подумаю, что можно сделать.
— Спрашивай, — в тон мне ответил д’эрр.
— Как давно ты сошёл с ума?..
Пауза, последовавшая за этим, была немой. Мы стояли друг напротив друга — глаза в глаза. Я не отпускала его взгляд, надеясь увидеть… отклик?
И я увидела.
Из глубины его взгляда поднималось пламя: яростное, неоспоримое. Ещё миг — и перехлестнет через край, и тогда…
Он схватил меня за плечо и подтянул к себе. Я споткнулась и неловко упала ему на грудь. Подняла взгляд — нет, не ошиблась.
Нормальным теперь бы его не смог назвать никто. Рот перекосился в странной ухмылке, глаза обжигали отсутствием разума во взгляде. Он был… не здесь.
— Я не сумасшедший! — зарычал он так страшно, что я зажмурилась. Сжал моё предплечье так, что раздался хруст, а дыхание перехватило от боли.
“Сломал, урод”, - пронеслась в голове мысль.
— Полно, девчонка! Ты меня услышала! Ты поможешь нам? — голос сорвался до шепота, от которого стало совсем жутко. — Так поможешь?
“Тиона”, - тихо подсказал внутренний голос. И я поняла, что пришло время действовать.
— Обязательно, — шепнула в ответ, здоровой рукой дотрагиваясь до груди.
Там, где на невидимой для посторонних глаз силовой нити, спрятанный под корсетом, висел кулон, данный мне моей погибшей подругой.
— Тиона! — закричала я, чувствуя, как параллельно с этим меня утаскивают в объятия синей мглы.
Во время вне времени.
***
