Соня знала, что делала. Лариса брезгливо подняла Аську и поднесла к лицу, чтоб лучше разглядеть ее маленькую мордочку. Мордочка не сплоховала и лизнула девушку в нос.
– Какая лапа! – восхитилась Лариса и прижала щенка к себе. – Все. Я остаюсь со щенком, а ты идешь к нотариусу. Имей совесть! Усачев ждет тебя уже целый час!
– Я не могу оставить ее без себя, – цеплялась за Аську Соня, которой расхотелось идти замуж за Усачева.
– Не волнуйся. Мне, как замужней даме, теперь можно доверить ребенка. Иди и выходи замуж.
– Лариса, – Соня села рядом с ней и Аськой на диван, – ты думаешь, мы поступаем правильно? В этих бешеных скачках за мужьями мы, как загнанные лошади, носимся по кругу!
– Ты о чем? – испугалась Лариса. – Даже и не думай! У тебя впереди карьера, а это дорогого стоит!
– Ты действительно так думаешь? – серьезно поинтересовалась Соня.
– Не знаю, – сдалась та.
– Ладно, сиди с Аськой, я ухожу.
Соня накинула куртку, взяла свою неизменную сумочку, на которой отпечатались собачьи зубы, теперь уже не кажущиеся такими ужасными, и вышла.
Но дойти до цели она не смогла. За поворотом ее буквально сбил с ног журналист Федор Скрипкин.
– Соня, не дай погибнуть в расцвете сил! – вопил он, хватаясь за девушку обеими руками и заслоняя ею себя от кого-то.
– Что случилось?
– Ты даже не представляешь, сенсация, а не материал! Какой типаж, какая экспансивность, какое падение нравов! Соня, я должен на ком-нибудь срочно жениться!
Скрипкин передвинул Соню на другую сторону.
– За мной следят, – доверительно сообщил он.
– Кто? Типажи?
– Шпики из агентурной сети Бобра! Но об этом позже. Соня, ты должна срочно выйти за меня замуж! Этим ты обезопасишь мою молодую и красивую жизнь! Пойдем распишемся, у меня есть знакомая в загсе, она сделает это в два счета!
Такого поворота событий Соня не ждала. Судьба сегодня преподносила ей подарок за подарком. Она растерялась и не знала, что делать. К действительности ее вернул черный джип американского производства, который, натруженно гудя, медленно, словно кого-то ища, подъехал к ее дому. Скрипкин схватил Соню и впился в ее губы долгим поцелуем.
– Сволочь! – Из двери джипа вылез бизнесмен Бобров и ринулся на них. – Уже успел подцепить другую!
Его мощная рука отцепила Скрипкина от Сони и закинула в машину, где он затерялся. Через минуту от Федора остались одни воспоминания. Кстати, среди них Соня обнаружила одно очень важное, на первый взгляд к Скрипкину не относящееся: то, что дочка этого самого бизнесмена Боброва была на седьмом месяце беременности. И ей срочно искали мужа.
Соня вздохнула, прикидывая, кто лучше: Скрипкин или Усачев. Оба ей не нравились. Тем не менее она продолжила свой путь по направлению к нотариальной конторе. Там переминался с ноги на ногу Усачев.
– Ты опоздала, – сказал он грустно, – здесь заканчивают в пять. Но я тебе верю, оформим договор завтра. Кстати, можно завтра и расписаться, у меня знакомая в загсе, сделает это в два счета.
Дежавю.
– Или сегодня, или никогда, – произнесла Соня трагическим голосом. – И побыстрее, мне еще Аську кормить чем-то.
– Ладно, пойдем, – смирился со своей участью Усачев, совершенно поникнув.
– Ты иди, – кивнула ему Соня, которой почему-то стало жалко и его, и себя, – я чуть позже подойду.
– Смотри не опоздай. Загс работает до шести часов.
– Знаю, – улыбнулась Соня. Эту фразу за сегодняшний день она слышала уже не раз.
Соня поплелась к вокзалу. Она точно знала, что насильничать, как Бобров, не станет. Она не беременна. А остальное вполне может подождать. Замужество, карьера… Придет и на ее улицу праздник. Не в первый, не в последний раз…
Соня смотрела на поезд дальнего следования, который останавливался на станции Тугуево только на минутку, и плакала. Вернее, скупая слеза медленно ползла по ее лицу, выдавая плохое настроение. И не больше того, уверяла себя Соня. Вечером она вернется, накормит Аську, позвонит маме. Завтра скажет шефу, что ничего не смогла сделать со своей холостяцкой жизнью, откажется от командировки… Слезы побежали быстрее.
Но не от того, что ей придется отказаться от заграничной командировки, – это тянуло только на одну скупую слезу. У поезда дальнего следования она заметила Алексея Воронцова в обнимку с длинноногой девицей. Когда тот скрылся с ней и огромным чемоданом в вагоне, слезы полились градом. Но резко прекратились, когда, ровно через минуту, Алексей выпрыгнул из уходящего поезда дальнего следования. Без чемодана и девицы!
– Батюшки мои, опоздала, не успела с внучкой попрощаться! Вот старая дура!
В Соню врезалась несущаяся на всех парах, как тепловоз, бабуля в пуховом платке. Вернее, это была та бабуля, что раньше носила пуховый платок. Теперь ее голову покрывала прозрачная невесомая косынка. Но это была именно та бабуля, потому она и вцепилась в Сонин рукав.
– Почему моему внуку так и не позвонила?! Алешка, иди сюда, я тебя с такой девкой познакомлю! – орала бабуля на весь вокзал. – Она замуж хочет!
И обращалась почему-то к Воронцову, который уже успел с ними поравняться.
– Привет, – всхлипнула Соня.
