Я удивленно посмотрела на нее. Впервые за все время нашей дружбы она не только продемонстрировала явный сексуальный интерес к моему приятелю, но и щедро отпускала похвалы в его адрес.
— Тебе не стоит вспоминать о Мудзу и мечтать о вечной любви. Ради такого, как Ник, можно пойти на все; даже ради того, чтобы просто переспать с ним один раз, — она тщательно подкрасила губы помадой и, хихикнув, добавила: — Если не собираешься ложиться с ним в постель, одолжи его мне на одну ночь!
Не хотелось признавать, но в глубине души я была согласна с Сиэр. Вряд ли в жизни еще раз подвернется случай встретить такого мужчину, как Ник. В нем было все, о чем только можно мечтать: блеск, напор, непредсказуемость и неуловимость. А его неповторимое обаяние было сродни аромату редкого ночного цветка.
— А как тебе Адам? — спросила Сиэр.
— Лучше, чем я думала, — ответила я. — Тебе ведь нравятся ненормальные мужики.
Мы вернулись и столику.
— Пожалуй, нам пора, — сказал мне Ник и, обратившись к Сиэр, добавил: — Договоримся позже встретиться в каком-нибудь баре или попрощаемся?
— Ох, вся эта бодяга затянется надолго, — с сожалением вздохнула Сиэр и подмигнула мне, — так что веселитесь без нас, детки!
Мы сидели на диване и смотрели только что купленный диск — фильм «Идентификация Борна»{103} с Мэттом Дэймоном{104} и Франкой Потенте{105} в главных ролях. На телевизоре громоздилась еще целая стопка таких дисков. Иностранцы, впервые приехавшие в Шанхай, были в полном восторге от того, что прямо на улице можно купить компакт-диск с записью фильма всего за доллар. Фильм был так себе, а вот исполнительница главной роли мне нравилась. Будучи в Мюнхене, я общалась с ней, а потом мы вместе поужинали. Она была начитанной девушкой, что не так часто встречается в Голливуде. А в фильме «Беги, Лола, беги» она, на мой взгляд, сыграла просто потрясающе. Ник тоже оказался ее поклонником.
В середине просмотра у меня вдруг разболелась голова.
— Мне пора, — сказала я.
Ник обхватил голову руками и застонал:
— С тех пор, как мы познакомились, эту фразу я слышу чаще всего!
Я потупилась.
— Я тебе нисколечко не нравлюсь? — спросил он, уставившись на экран с обреченным видом. — Что мне сделать, чтобы ты меня полюбила, прежде чем снова скажешь, «мне пора»? — Его взгляд по-прежнему не отрывался от экрана.
Его отчаяние растрогало и взволновало меня. Правда состояла в том, что с нашей первой встречи я была одурманена и неуклонно стремилась к погибели.
— А я тебе нравлюсь? — спросила я. Дурацкий вопрос!
— Сама-то как думаешь? — Он повернул голову, улыбаясь и явно радуясь, что я сказала глупость.
— Почему я тебе нравлюсь? — задала я следующий, не менее идиотский вопрос.
— Разве для любви непременно нужна причина? — разозлился он.
— Я еще не пришла в себя после разлуки с другим, — призналась я и расплакалась.
— О! — ласково произнес Ник, обнимая меня и гладя по волосам. — Когда ты такая, я готов без памяти влюбиться в тебя. Я бы все отдал, чтобы ты сейчас оказалась со мной в постели. Но ты так расстроена, а я не хочу пользоваться твоим состоянием. Может, когда-нибудь ты сама захочешь этого.
Он взял меня за руку и прижал ее к своему паху. Под моей ладонью его член был тугим и напряженным, как мощная, сжатая до предела пружина. Я даже ощутила влагу, проступившую сквозь ткань брюк. Словно обжегшись, я отдернула руку.
— Проводить тебя домой? — спросил он тихо.
На пороге моего дома мы попрощались.
— Ты завтра свободна? Мне хотелось бы каждый день проводить с тобой, — умоляюще произнес Ник. — Подумай. Ведь нам хорошо каждое мгновение, когда мы вместе, даже если просто сидим рядом и смотрим видео. Это же не просто так. Ты мне по-настоящему нравишься, иначе я не подарил бы тебе книгу Германа Гессе. Ну, посмотри на меня, ну, послушай! Детка, ты совсем не такая, как другие, ты полна противоречий, и меня это просто покорило!
После того разговора вечерами мы повсюду ходили вместе — и в рестораны, и в бары. Иногда Ник брал с собой своего помощника — американца в очках, а я приглашала Чжушу и Сиэр.
Ник знал о предстоящем приезде в Шанхай Эрика. Однажды он сказал Чжуше:
— Я переживаю за Эрика. На вид он спокойный и разумный парень, но в глубине души — большой фантазер.
— А я беспокоюсь только о себе, — ответила Чжуша.
— Мужчины стали мне безразличны.
Тут встряла Сиэр:
— Я читала в какой-то статье, что люди с тонкими губами рассудочны и бессердечны, а с пухлыми — надежны.
После этих слов мы все, не сговариваясь, повернулись к Нику и посмотрели на его губы. Он широко улыбнулся, сверкнув безупречными белоснежными зубами.
