– Не застряну, – и я споткнулась на первой же ступеньке.
Он подхватил меня под руку.
Дома, едва переступив порог, я направилась к дивану и свалилась на него.
– Странно, – бормотала я. – Вроде выпила не так много, какие-то два пива и самбукку.
Он осматривался в комнате.
– Хорошие у тебя постеры, – сказал он. У меня по стенам были развешаны репродукции Миро.
– Они совпадают с моим настроением, – пояснила я. – Такие же шаткие, сомнительные, неуловимые.
Луис засмеялся.
– Отдохни. Я сделаю тебе кофе.
Как хорошо было лежать на диване и знать, что всю работу за тебя сделает кто-то другой. И еще хорошо, что с Луисом я себя чувствовала совершенно спокойно. Несмотря ни на что, он был единственным мужчиной среди моих знакомых, которого можно было назвать настоящим другом. Как будто та ночь безумной страсти случилась между нами в другой жизни.
Я уже начинала дремать, когда он появился с чашкой кофе в руках.
– Выпей это, – сказал он. – Хорошая доза кофеина должна тебе помочь.
– Спасибо. – Я жадно припала к кофе. – Как же я буду по тебе скучать, Луис! – воскликнула я.
– И я по тебе, – в тон мне запричитал он. – Даже несмотря на то, что как следует тебя никогда не понимал.
– А тебе и не надо меня понимать, – убежденно сказала я.
– Да, но мне будет очень не хватать наших бесед.
– И мне будет не хватать.
– И споров с тобой по рабочим вопросам.
– А мне столько всего будет недоставать в Ирландии! – призналась я.
– Да, но дома тебя ждет новая, яркая жизнь!
– Кто знает?
– Изабель! – Он с удивлением воззрился на меня. – Неужели тебя гложут сомнения?
– Ничего подобного! – Я поставила пустую чашку на пол. – Просто я размышляю, на что будет похожа моя новая жизнь, вот и все.
– И на что, по-твоему?
– Сама не знаю. Я боюсь, что не найду дома работу. Что окажусь в зависимости от Тима.
– Разве это имеет значение?
Я свернулась калачиком и положила голову ему на плечо.
– Да вроде нет. По крайней мере, два года назад это меня совершенно не волновало. А сейчас волнует. Я так много сделала, чтобы добиться независимости.
– Ты обязательно найдешь работу! – убежденно заверил меня Луис. – Только ты должна уяснить себе другое, Изабель: для тебя сейчас самое важное – родить ребенка.
– Ну и что? Вот у Габриэлы двое детей, а она все еще работает.
– Да. – Луис многозначительно поднял бровь. – Но чтобы она могла работать, у нее есть няня и экономка.
Я засмеялась.
– Ну что ж, в таком случае мне придется стать в одном лице и няней, и экономкой.
– Если ты снова займешь ответственную должность, – сказал Луис, – как в "Адванте", то сможешь нанять себе кого угодно.
– Посмотрим. – Я протяжно зевнула. – Извини, Луис, я так устала!
– Тогда ложись в постель. Я здесь все приберу.
– От меня сейчас и правда мало проку…
Когда он ушел, я сперва тоже подумала, что надо перебраться на постель, но не нашла в себе сил на такой рывок. Я заснула там, где была – на диване, причем, что называется, в ту же секунду, как только донесла голову до подушки. На следующее утро я проснулась с жестокой головной болью.
Я снова посмотрела на часы. Больше мне нечего было делать в компании "Адванта". Все файлы были систематизированы, расписание на следующую неделю распечатано, план презентации в компании "Атос" для Луиса подготовлен. Все, моя миссия в "Адванте" закончилась. До поездки в аэропорт оставалась масса времени…
В полуоткрытую дверь моего кабинета постучала Габриэла.
– Можно войти?
– Конечно.
Она оглядела мой чисто прибранный стол.
– Итак, – сказала она, садясь в кресло для посетителей. – Твое испанское время истекло.
– Хм.
– Как тебе здесь жилось?
– Замечательно! – с энтузиазмом воскликнула я. – Я успела здесь все полюбить. И лучше работы, чем здесь, у меня в жизни не было. И лучшего босса, чем ты, тоже.
– Спасибо. – Она поудобнее села в кресле. – Мне так жаль тебя отпускать, Изабель!
– А мне жаль уходить. – Я откинула с глаз свои надоедливые волосы. – Но все равно, Габриэла, я сделала правильный выбор.
– Разве ты слышала от меня хоть слово, что это не так?
– Нет, не слышала, – согласилась я. – Хотя тут многие считают, что я совершаю ошибку. Нет, Габриэла, я не совершаю ошибку! Я люблю Тима, и всегда его любила.
– А как твой друг Нико?
Я вздохнула.
