Есть такая игра: Дед Мороз выставляет вокруг елки стулья, водит хоровод и по хлопку предлагает малышам занять место. Гёба был ребенком, который вечно оставался без стула. С самого детства Гёба мечтал занять чье-нибудь место. Меньше всего он хотел оставаться самим собой. Именно это желание подтолкнуло его работать в отделе. В конце концов, Гёба осознал, что может быть неплохой прокладкой между людьми. Раз он ничего не умеет сам, он может заниматься сводничеством. Как результат — Гёба стал широко известным городским сумасшедшим. Он постоянно в чем-то участвовал. Проекты, проекты, проекты. Гёба так преуспел в своем деле, что со временем стал обладателем недвижимости в стране великого Федерико Гарсии Лорки и, кажется, даже похорошел. Впрочем, тут, скорее всего, помогли наркотики.
На этот раз, в одной из пьяных бесед, Гёба убедил какого-то парфюмерного магната пожертвовать на художественный фильм. Никакого фильма не было. Не было сценария. Не было даже замысла, но Гёба хотел новую машину. Магнат согласился, но потребовал, чтобы в главной роли снялся его любимый актер — эталон духовности. С духовностью у озвученного персонажа было ровно столько же общего, сколько у людей, которые в советские времена расстреливали священнослужителей, но Гёба и не думал спорить.
Мне эта идея сразу не понравилась. Я знал, что святоша попытается оттяпать огромный кусок нашего пирога, но Гёба довольно доходчиво объяснил, что без предварительного согласия актера мы не получим даже аванс. Аргумент. Я согласился. Мы встретились с агентом актера. Агентом актера оказался батюшка. Я не шучу.
— Отец Андрей, нам очень нужен Петр для съемок.
— Петр сейчас не может. Петр на Соловках. Петр молится.
— Слушайте, а он не может попросить, чтобы Господь повисел на линии?
— Как вам не стыдно!
— Отец Андрей, очень хороший, важный фильм будет! Вот наш сценарист, Саша Филипенко. Чрезвычайно талантливый парень. Вы ведь видели программу, в которой четыре ведущих читают газеты и обшучивают новости?
— Да, я ее очень люблю.
— Ну вот, а Саша один из сценаристов. Все лучшие шутки пишет он.
— Это неправда! Все лучшие шутки пишут Хасид и Флюгер. Я пишу худшие.
— У вас есть сценарий?
— Нет, сценария у нас пока нет, но есть средства! Большие средства! Мы хотим писать сценарий под Петра. Только он сможет справиться с этой ролью. Лучше никто не сыграет! Очень, очень нужна ваша помощь, отец Андрей!
— Понимаю…
— Вы же видите, что творится вокруг! Никакой духовности! Того и гляди — вашего брата опять начнут вешать на фонарях…
— Господь с вами!
— Еще никогда не было наше общество так разобщено!
— Что правда, то правда…
— Поэтому мы нашли сумму — сумму весьма приличную, поверьте.
— Ладно, я слетаю на Соловки… за ваш счет…
— Ну разумеется! О чем речь?!
— Попробую поговорить с Петром, но ничего обещать не могу — сами понимаете…
— Да благословит вас Господь, отец Андрей!
Гёба звонит, потому что батюшка вернулся и у нас назначена встреча, о которой я совсем забыл.
— Шура, ты где?! У вас что, еще не закончилась съемка? Мы же договаривались!
— Дружище, прости — вылетело из головы!
— Ты совсем охренел?! Что значит — вылетело из головы? Батюшка уже паркуется! Слава богу, у него огромный джип и он уже полчаса не может найти себе место!
— Да меня уволили!
— Из-за блога?
— Да! А ты откуда знаешь?
— Мне Лена скидывала ссылку.
— Понятно…
— Но это ведь не ты его ведешь?
— Ну, конечно, не я!
— Я сразу так подумал. Уж больно там все смело.
— Где вы сидите?
— Отец Андрей выбрал «Семифредо».
— Я возле метро. Могу прыгнуть. Буду у вас минут через сорок.
— А чего не на машине?
— Долго рассказывать, развлечешь его?
— Да, я как раз думал пересказать ему твою теорию всепоглощающей божьей вины.
— Ты ее помнишь?
— Относительно.
— Расскажи, я скоро буду.
