Звонок на мобильный Гектора. Он глянул на экран, на Симуру, поглощенного стейком. И включил громкую связь.
– Борщов? – раздался негромкий мужской фальцет.
– Я ж тебе сказал, теперь Борщов-Петровский, – ответил Гектор.
– Плевать мне. Очередной никнейм тебя ж не изменит, – хмыкнул незнакомец. – По той
– Подробности. Мне нужно все. Нашел ее? – Гектор напрягся. – Где? В федеральной базе данных о пропавших ее ж нет.
– Тварь жива.
Катя замерла. Она поняла, кто звонит мужу и откуда. Только в пресловутом 66-м отделе, разогнанном и расформированном с подачи Гектора, людей за людей не считали, именуя
– Ариадна Счастливцева?! Она живая? – Гектор не сдержал эмоций.
– Теперь Ариадна Ихно, а прежде была еще Киселева по первому мужу.
– Ошибка? Это просто не может быть она… Та, кого я ищу!
– Она, она, Геша. – Судя по голосу, усмехнулся бывший сослуживец Гектора по 66-му отделу. – По всем исходникам совпадает: рождена в Кукуеве, сейчас возраст ее сорок два года, работала в Тарусе в разных местах, но одиннадцать лет назад с января по июль – именно в тамошней частной танцевальной школе. Она покинула Тарусу. Махнула сначала в Краснодар, подвизалась в торговом центре менеджером, вышла замуж за местного казачка, вскоре с ним развелась и перебралась в Адлер. Нынешний ее муженек владеет сетью проката пляжного инвентаря. У них частный дом недалеко от Адлера, в курортной зоне, и двое деток-близняшек. Ариадна Ихно, в девичестве Счастливцева, ныне председательша местной районной ячейки «Справороссов». Я ее по партийной линии и нарыл. Чего мне розыски стоили, Геша… Мы в полном окончательном расчете с тобой, – повторил бывший сослуживец. – Пока-пока. Будь… нездоров. А лучше скорей подохни.
– Не дождешься. Долг твой списан, – спокойно ответил Гектор.
Он выглядел оглушенным новостью.
– Ариадна жива, – ошеломленно прошептала Катя. – Гек… ох… тогда все наши прежние версии…
– Зашибись… – Гектор глядел прямо перед собой.
– Но я же вам говорил! – воскликнул Серафим. – Вы меня убеждали: она отправилась с нами тогда на Кручу! Но я ведь вспомнил, как она выглядела внешне, когда я ходил с мамой в школу танцев. Как же я мог забыть ее, если бы она поехала с нами, с отцом?!
– А кто же тогда похоронен в могиле у карьера? – растерянно, почти испуганно спросил Полосатик-Блистанов. – Черт побери! Чей труп мы откопали?!
«Полосатик уже спрашивал, чье тело в могиле у карьера… В тех же интонациях, теми же фразами… И я ему отвечала весьма уверенно: мы нашли мертвую Ариадну. Но что я скажу теперь?» – Катя ощущала разброд и шатание внутри. Но видела по лицам Блистанова и Серафима: они ждут от нее немедленных объяснений.
– Мы все ошиблись, – произнесла она. – Ариадна Счастливцева жива. В той могиле кто-то другой.
– Кто? – спросил Серафим.
– Я не знаю, – честно призналась Катя. – Мертвец похоронен больше десяти лет назад, возможно, она… покойница вообще не имеет отношения к нашему делу.
– Имеет она отношение. – Гектор потянулся через стол, взял Катю за руку, крепко сжал, ободряя. – Просто она не Ариадна, на которой мы зациклились сразу. Женщина с другим именем и иной судьбой.
– Да, Ариадна тогда осталась на стоянке у супермаркета. – Катя сама сжала руку мужа, благодаря его за поддержку в миг полного крушения всех версий и планов. – Ваш отец, Симура, и она расстались по-хорошему. А затем она покинула Тарусу навсегда.
– Ты супермаркет помнишь, самурай? – поинтересовался Гектор. – Я проверил в Сети: в Тарусе несколько магазинов. Отец отправился с тобой покупать туалетную бумагу и выпивон. Где он затаривался обычно горючим, а?
– Папа дорогой алкоголь всегда ящиками привозил из Москвы, из «Азбуки вкуса», – тихо ответил Серафим. – У нас дома хранился запас. Поэтому мама и спилась. Продукты у нас дома всегда были с фермы и рынка, свежие. А лакомства и деликатесы тоже из Москвы. Я не помню супермаркет, я помню лишь… тележку, я сам катил ее по торговому залу… холод кондиционеров… мне было хорошо, прохладно… а на улице – жара…
– Время до темноты есть, три больших супермаркета в Тарусе до девяти и десяти работают, я проверил. Скатаем прямо сейчас в Тарусу, а? Глянем на месте, – предложил деловито Гектор. – Чем горевать о крахе предположений и умствовать бесцельно, проветримся? Вдруг свежие идеи возникнут, исходя из локации? А нет – потом в баре посидим. Еще гульнем.
Гектор помог Кате загрузить тарелки в посудомойку. Они покинули застолье на веранде и отправились в Тарусу. Гектор попросил Серафима оставить мотоцикл у коттеджа – больно приметный. Серафим устроился на заднем сиденье рядом с Полосатиком-Блистановым, тот отодвинулся от него снова подальше, словно от заразного. По пути Гектор поглядывал в мобильный – трекер, поставленный на кроссовер Ишхана Рустамзаде, пока не подавал сигналов, машина оставалась у продуктового магазина.
