Вдруг мельтешение, может, и не прекратилось, но приостановилось. Впереди, загораживая проход через очередную тесную улочку, маячила смутно знакомая коренастая фигура в доспехе. Рен Нетцер похоже только зашёл в игру, но, судя по выражению лица, уже был готов убивать проблемы Нокса.
Монстр, недолго думая, попытался напасть, обходя дворфа слева. Там его ждал лишь могучий удар молота, не только откинувший назад, но и оставивший у себя добрую треть здоровья. Схожим образом закончилась и попытка перескочить Рена Нетцера и атаковать сзади. Перепрыгнуть-то вышло, а вот нанести удар — нет. Это стоило монстру ещё трети здоровья.
Регенерации не наблюдалось, из чего Тукан сделал простой вывод, что молот не только тяжёлый и больнючий, но и зачарованный. Треть здоровья уже заканчивалась, однако монстр не то чтобы унялся. Скорее изменил тактику: теперь он защищался. Помогло это не сильно. Удалось увернуться от следующего удара дворфа, но и только. Ни о какой контратаке и речи не шло.
На мгновение Тукану показалось, что это — пат. Ни один из противников не желал подставляться, но и добить другого был не способен. Но тут сзади послышалось дребезжание доспехов и усердное пыхтение вкупе с желанием выслужиться перед начальником. Это подоспела городская стража. Им даже не пришлось ничего делать. Монстр на секунду отвлёкся, а Рен Нетцер не упустил возможность этим воспользоваться и нанёс удар такой силы, что даже будь полоска здоровья полной — это бы не помогло.
Управление на мгновение вернулось к Тукану, но затем экран потемнел, и игра сообщила, что он умер, услужливо предлагая возродиться. Как и предсказывал Разочарослав, воскрес крестоносец в Гадюкино и следующие пять минут потратил на то, что безостановочно бегал по холму, рвал на себе волосы и приговаривал:
— Фиона меня убьёт! Фиона меня убьёт! Фиона меня убьёт!
Отвлекло его от этого интересного занятия сообщение от Горчера, который срочно желал поговорить. Чувствуя пятой точкой неприятности, Тукан нехотя согласился и дал свои контакты.
— Говорили мне не связываться с наркоманами, — закончив возиться с автопереводчиком, раздался голос торговца.
Даже с поправками на всевозможные погрешности он был значительно моложе своей версии в игре. Впрочем, крестоносец подметил совсем не это. Звучала фраза так, как будто Тукан натворил бед на десятки, может, сотню тысяч золотых. Никак не миллион или больше. Ущерб на миллион золотых звучал совершенно, категорически иначе.
— Ты замял это⁈ — догадался Тукан.
Горчер что-то, с чем даже автопереводчик не сумел совладать, невнятно прорычал на незнакомом языке.
— Да, — наконец признал торговец крайне нехотя. — Пришлось ужать и подрезать пару крайне выгодных контрактов!
— Но я столько убил, кучу ботов перерезал! — отказался верить в такой исход крестоносец.
Тукан, в отличие от того же Фалайза, который бы просто пошёл и признался в содеянном, страдал другой болезнью. Он не верил в чудеса, хэппи-энды и прочие рояли в кустах.
— Игроки возродятся, ботов можно купить — они как раз дешевеют сейчас. Речь же идёт про контракты на солидные суммы, сливки с которых ещё не сняты даже приблизительно. Вот они важны, — в молодом голосе появилось пренебрежение, — а ты — лишь мелкая неприятность. Вернее не ты вовсе. Дикие собаки, плохая экология и токсичные сбросы.
— Меня много кто видел. Рен Нетцер, например! Глава ихней стражи!
— Мало ли кто что видел, — не согласился Горчер. — Этот чувак служит городу, а городом управляют те, с кем я заключил контракты. Как они скажут, так и будет. Но ты лучше пока затихарись и не отсвечивай…
Отвлеченный чем-то вне игры, торговец срочно отключился. Тукан же сделал ещё пару шагов и вдруг понял, что впервые за очень долгое время дышал полной грудью, ходил нормально, не страдал бледностью и тряской. Наркомания и Вещество в частности остались позади.
— Ну хоть что-то хорошее. Осталось понять, как быть паладином…
Радек, которого иногда по каким-то непонятным ему причинам называли Карлом, сидел и пыхтел трубкой, задумчиво глядя на доску, полную формул и вычислений до такой степени, что уже точку негде было ставить. Вот уже месяц он силился улучшить свою формулу Вещества.
Где-то за его спиной, в глубине секретной биохимической лаборатории как раз раздался вопль одного из испытуемых. Такой себе крик, не внушавший излишнего оптимизма. Им воспользовался ассистент Радека, чтобы подкрасться и напугать начальника.
— Чего ещё⁈ — насупился химик. — Я занят…
— Пришла сводка по отчётам испытаний последней версии антидота.
— Мда? И что там? — даже если бы Радек постарался, не сумел бы сделать так, чтобы в его голосе было ещё меньше интереса, чем сейчас.
Его не интересовали антидоты, противоядия и прочие лекарства. Его интересовал способ сделать так, чтобы ничего подобного вовсе не требовалось.
— Поступают жалобы.
— Антидот не работает? — на секунду Радек даже удивился, но затем, ещё до того как услышал ответ, успокоился.
